Магическая Экспедиция

Я постояла, держась за дверную ручку, потом повернулась к дракону, который сейчас совершенно свой облик не скрывал ничем, и сказала:

— То, что вы пытались сделать, — подло.

И уже в коридоре услышала:

— Что же такого подлого в том, что я пытался поцеловать понравившуюся мне девушку?

Ощутив, как следом за мной в коридор вышел Голод, не поднимая взгляда от пола, потому что были опасения вновь попасть в омут глаз Гаррата, просто сказала:

— Полагаю, вы и сами знаете ответ. А если нет — спросите у своей совести. Если она у вас есть.

И на этом я захлопнула дверь.

Невидимый пес молча забрал у меня тяжеленную кастрюлю, и мы пошли по сверкающему чистотой и отделкой коридору Башни Привидений."

"В душе было такое неприятное тяжелое чувство, словно меня предали. Нет, я за свою жизнь уже давно поняла, что справедливости не было, нет и не будет, но я пыталась спасти его жизнь, а он… Мерцание звезд, затягивающий омут черного ночного неба, странные ощущения — сложно было бы не понять, что на меня оказали воздействие. И это после всего, что я… Было безумно обидно, просто обидно. До слез практически.

Но я не плакала, я давно приучила себя не плакать.

* * *Спустившись вниз, застала жаркое обсуждение произошедшего работниками кухни.

— Говорю же — кольцо профессор Нарски взяла, евойное! — вещала госпожа Ежевичкова, заведующая штатом убиральщиц и дворников. — То самое! — добавила со значением.

И тут все замолчали, потому как я в кухню зашла. И все человек двадцать разом на меня посмотрели, через одного махнули рукой, мол, это всего лишь Миладка, и вернулись к живейшему диалогу.

— А колечко непростое, — продолжила госпожа Ежевичкова, — злое колечко, помяните мое слово. И тот, кто уволок его, скоро себя и выдаст!

Я, взявшая кастрюлю у Голода и потащившая ее мыть, остановилась и потрясенно переспросила:

— В смысле, уволок?!

Все снова повернулись ко мне, и госпожа Иванна, как самая добрая, терпеливо пояснила:

— Исчезло кольцо. Когда Хорднера драконы поймали, раскромсав всю его армию, кольца на нем уже не было. И не помнит профессор, куда дел его.

— Но оно и понятно — года-то берут свое, а ему, почитай, вторая сотня уже, — весомо вставила госпожа Ежевичкова.

— Но драконы не брали, нет, — так, словно вообще там присутствовал, заявил господин Ноштру. — Эти чужого никогда не тронут, да и смысла им нет.

— Да не могли они взять! — словно господин Ноштру только что заявил обратное, вступился господин Истон, истопник университетский. — Не могли! Там была профессор Нарски, она это кольцо у ректора взяла, она же и хотела возвернуть взад, значица, а его не было!

И они продолжили спорить, а я с кастрюлей в руках устало опустилась на ближайшую табуретку, с некоторым чувством надвигающейся беды осознавая ситуацию. А осознавать было что.