Эксклюзивный мачо

 – Извини, – добавила покаянно, – мы ведь договорились, что не будем лезть в жизнь друг друга. Так?

– Ничего подобного. Ты ушла, наговорив мне гадостей, что, впрочем, не мешает мне любить тебя и проявлять беспокойство. – Мне вновь захотелось послать его к черту, но я сдержалась. – Хочешь, при­еду к тебе? – вдруг предложил он. – Или сама при­езжай.

От такого-то счастья у меня зуд пошел по всей спине, старому змею палец в рот не клади, махом оттяпает всю руку – сегодня я к нему еду, завтра мы встречаем рассвет в объятиях друг друга, а через день я уже в его команде, выполняю конфиденциальные поручения и получаю по шее. Попутно мне растол­ковывают, что я должна, а что ни в коем случае. Спасибочки, сыты по горло вашей милостью."

"– Не надо никуда ехать, – отрезала я, собрав­шись с силами и мысленно повторяя: “не дай ему запудрить тебе мозга”. – И вообще, ничего не надо.

На сей раз трубку бросил он, что меня вполне устроило. Я вздохнула с облегчением и попыталась смотреть на жизнь с оптимизмом.

Вскоре позвонили в дверь, и я пошла открывать, прикидывая, кого это черт принес. Мелькнула мысль: вдруг Дед, но как мелькнула, так и пропала, у Деда ключ есть. Я посмотрела в “глазок”, чтобы в случае чего затаиться. Лялин стоял на моем пороге и тере­бил рыжие усы, признак повышенной нервозности. Пришлось открывать. Тут выяснилось, что Лялин не один, рядышком с постным видом стоял Артем Вешняков, мент и по совместительству мой при­ятель, я бы даже сказала – друг. Перед тем как я по­кинула контору Деда, мы с Вешняковым расследо­вали убийство в универмаге, накопали много лишнего и попытались восстановить справедливость, получили по мозгам по самое “не могу” и с тех пор встречались редко. Не очень-то приятно лицезреть друг друга и вспоминать, какими олухами мы были. С Лялиным они знакомы, но вряд ли встречались хоть раз с той поры, и если сейчас стоят плечо к пле­чу, причина одна: я по уши в дерьме, о чем им до­подлинно известно, а чужое дерьмо иногда объеди­няет, вот как сейчас.

– Приятно вас видеть, – сказала я, раздвинув рот до ушей.

– Чего ты зубы скалишь? – буркнул Лялин, за­ходя первым.

– В самом деле, – нахмурился Артем.

– Меня еще не упекли за решетку, так что да­вайте без трагизма.

Я захлопнула дверь, подумав: мне надо радо­ваться, у меня два верных друга, далеко не каждый может этим похвастать.

– Проходите в кухню, коньяком напою.

Они прошли и сели за стол, я выставила коньяк, лимон кружочками и икру, которая завалялась в хо­лодильнике, и тоже устроилась за столом. Лялин взглянул на бутылку, понюхал и сказал:

– Неплохой коньячок. – Но выпить не торо­пился. Артем даже не принюхивался, а у меня от коньяка изжога. – Давай рассказывай, – сказал Лялин.

– Чего рассказывать? – пожала я плечами.