Эксклюзив (СИ)

Поднимаюсь к квартире и на секунды стопорюсь при виде Лизы, копошащейся у двери. Желание грохнуть эту заразу при виде ее в платье, едва прикрывающим задницу, превалирует над радостью от того, что успел ее перехватить. Не раздумывая подлетаю к ней и закрываю ей рот ладонью, впечатывая в дверь. Ловлю себя на мысли, что действительно хочу сделать ей больно, чтобы было уроком на будущее – слушаться меня.

Открываю свободной рукой дверь и грубо вталкиваю Лизу в квартиру. Она брыкается и мычит мне в руку, но по факту – эта борьба ни о чем. Оно и понятно, как минимум весовые категории не равны. Недолго думая, опрокидываю ее на диван. Воспользовавшись моментом, Лиза громко вскрикивает «пожар», но прокричаться ей от души не даю. Снова закрываю ее рот.

И такая злость разливается по телу, при виде брыкающейся Лизы, особенно когда ее и без того ультракороткое платье с каждым ее движением задирается все выше и выше. Ну сейчас ты у меня запомнишь, что меня надо слушаться. Вжимаю ее одной рукой в диван, второй намеренно громко лязгаю пряжкой ремня и расстегиваю ширинку, дабы испугалась и навсегда запомнила, к чем все может привести.

Задираю ее платье на уровень талии и как только мой взгляд падает на Лизино белье, меня немного отпускает. В отличие от платья, самые что ни на есть обычные трусы. Не собиралась она, конечно, трахаться с Кротовым, несмотря на блядское платье. Но никакие обычные трусы не остановят того, кто захочет ее нагнуть.

Мне бы на этом остановиться с уроком, но я зачем-то намеренно грубо спускаю с нее белье, оголяя ягодицы. И в этот момент ощущаю на своей ладони влагу. До меня вдруг доходит, что это Лизины слезы. Бля, ну что я творю? Маленькая она еще, глупая, что с нее взять? Убираю руку от ее рта.

– Вот так с тобой проделает любой, кто захочет, а ты и пикнуть не сумеешь, ибо силы не равны, – поднимаюсь с дивана, освобождая ее тело от своего веса. – Только на спущенных трусах другой не закончит.

Лиза тут же вскакивает, моментально натягивая на себя белье и платье. По щекам все так же бегут слезы, а вот во взгляде – постепенное осознание случившегося. Облегчение и одновременно злость.

– Ладно, не реви. Это тебе урок на будущее: если я сказал, что ты никуда не идешь, значит не идешь. Ты думаешь, что все это шутки? Нагнет тебя, дурочка, Кротов, а потом пустит по кругу, перед тем как закопает, ты это понимаешь?!

Молчит, часто дыша. Тянусь к стакану воды на столе, дабы немного успокоиться и в этот момент мне прилетает удар в плечо чем-то острым.

– Ты…ты…ты гад! – вскрикивает Лиза.

Все происходит настолько быстро, что я не сразу осознаю, что она второй раз ударяет в меня туфлей. Боль мгновенно простреливает плечо. Очередной замах и я перехватываю ее руку, выбивая из нее источник моей боли.