Эйва. Дочь северного ветра

— Мораг отвару? Пирог у Бенги очень вкусный с мясом и овощами, а может, кашу? — протараторила я, суетливо убирая со стола, — Тира неси отвар!

— Отвар не помешает, продрогла, пока добралась до тебя, — пробормотала старуха, шаркающей походкой направилась к стулу, — а пирог не надо и каши.

— Тира! — окликнула замершую девушку, приводя её в чувство, — отвар неси!

— Ох… госпожа, сейчас, — пискнула служанка, рванув к выходу.

— Я пришла рану твою глянуть да узнать, как ты?

— Рана болит, а в целом сегодня неплохо, — ответила, невольно вспомнив поцелуй мужа.

— Вижу, — улыбнулась ведунья, прищурившись, добавила, — и Агнар доволен, весь светился, когда его в холле встретила. Значит, поладили? Зря он с советом спорил и требовал времени больше. Вот и меня просил сказать, что не можешь принять его.

— Мы стараемся договориться, — невнятно пробормотала, удивлённая действиями Агнара, почувствовав тепло к мужу и искреннюю признательность.

— Сказали мне, Томэга не дала казнить? Правильно. У мальца судьба тяжёлая, но душа у него светлая! Мать его и сестра пяти лун отроду три года, как мир покинули. Вот и остались они вдвоём в доме хозяйничать. Томэг часто ко мне забегал, то траву какую принесёт, пока зверя в горах, да в лесу выслеживает, насобирает. То перо хайга достанет, то шкуру беличью подарит.

— Не могла я по-другому, разве он виноват в своей обиде и злости? — тихо проговорила, сжав руки в кулаки, продолжила, — мальчишка не…

— Диса! Томэг вернулся! Побит и в крови весь! — ворвалась в покои Тира, испуганно зажав рот ладонью, громко всхлипнула.

— Где он?! Тира? — кинулась к выходу, схватив растерянную служанку за руку, поспешила в холл. Краем глаз заметив, что ведунья тоже отправилась за нами следом, — Тира, где Томэг?

— На кухне мама ему лицо моет!

— Ясно, — кивнула, устремилась к половине слуг, не сбавляя скорости, пролетела узкий коридор и буквально вбежала на кухню. Перепугав своим неожиданным появлением девушек и Бенгу, только Хольми и Томэг, едва взглянули в мою сторону.

— Кто?! — потребовала я, осмотрев лицо парня, заметила рассечённую бровь, разбитую губу и ссадину на скуле, — где ещё болит?

— Неважно, — буркнул мальчишка, дёрнув головой, отчего рука кухарки дрогнула и часть настойки выплеснулась ей на фартук."

"— Госпожа, я узнала, рука болит, но кости целы, — ответила за него Бенга, сурово сдвинув брови и сердито цокнув, продолжила промывать ссадины.

— Я спросила у Томэга! — произнесла, чеканя каждое слово, — будь любезен веди себя как мужчина и чётко ответь мне!

— Просто ударил! Ничего не болит! — зло выкрикнул мальчишка, презрительно скривившись, и тут же из рассечённой губы потекла кровь.