Эйва. Дочь северного ветра

— Прошлой осенью я видел тебя на сборе вождей и их нэрмаров у источника Хорт. Тогда ты обещала вырезать весь наш клан! Отец гордился тобой. И как всегда, брызгая слюной, заявил, что, только когда всё племя падальщиков исчезнет с горы Ханд, смерть Великой Эйвы будет отомщена.

— Хм…

— Вхагар не только лишил тебя воспоминаний, он изменил тебя, — продолжил Агнар, пытливо всматриваясь в меня, — сейчас ты другая Эйва, не та, что я видел.

— Наверное, — неопределённо пожала плечами, натянуто улыбнувшись, — я не помню, какой была… не требуй у Томэга клятвы.

— Не могу, — покачал головой Агнар, — он будет жить в дохане и каждое утро приходить к тебе.

Проговорив это, муж, улыбнувшись уголком рта, покинул комнату, оставив меня наедине со своими мыслями. Но в одиночестве я пробыла совсем недолго, через минуту тихой мышкой в покои, через чуть приоткрытую дверь проскользнула Тира. По-хозяйски расставила на столе чашки, кувшин, мешочки. Тихо бурча себе под нос, заварила травку, одну из них я смогла даже определить по её ярко-сладкому аромату, мысленно поблагодарив Мораг за науку.

— Держите, я туда мёд добавила, а то сурса горчит немного, — произнесла девушка, подав мне чашку с напитком.

— Спасибо.

— Диса, надо рану глянуть, позволь, я сменю повязку? Мне Мораг подсказала, что сделать.

— Хорошо, — кивнула, осоловелым взглядом посмотрев на служанку, вернула пустую чашку, мысленно выругалась на себя за свою беспечность. В отвар точно добавили сонной травки, её привкус я хорошо запомнила, когда жила у ведуньи… Вскоре мои подозрения подтвердились, голова стала тяжёлой и то и дело норовила упасть на грудь, глаза закрывались, тело было ватным, а мысли тягучими.

— Диса, поспите. Мораг сказала, это поможет быстрее очиститься от потравы.

— Угу…Тира, проверь как там Томэг, — промямлила, сползая к середине кровати, подложив под руку небольшую подушку, прекратила бесполезные попытки борьбы со сном.

— Проверю диса… спасибо, — на краю сознания услышала тихий голос служанки, прежде чем отключиться.

Проснулась судя по сумеркам за окном ранним утром следующего дня, в комнате я была одна. Половина постели, та на которой спал Агнар, не была примятой и это вдруг меня неприятно задело. С тихим стоном, морщась от тянущей боли в спине, едва слышно ругаясь, поворачивая затёкшую шею, я, наконец, приняла вертикальное положение. Некоторое время бездумно пялилась перед собой, после перевела взгляд на ширму, за которой на табурете всё ещё продолжали стоять таз и кувшин для умывания. А чуть поодаль дурацкий горшок, решила сегодня, наконец, взяться за благоустройство комнаты. Но сначала надо привести себя в порядок.