Эхо войны

Борис, если хочешь услышать все мыслимые немыслимые расклады и предположения, то иди вон у того костерка посиди с полчаса — я ткнул зажатым в руке ножом в сторону автобуса — Такого наслушаешься…

— Может схожу — прогудел Борис, не взглянув в указанном направлении — А теперь о Яме поговорим. Ильяса я послушал, сейчас твоя очередь. Не егози, Битум! Ты наш проводник, вот и говори все что знаешь. Если Ильясу верить, то там сам черт сидит в Яме той! И по глазам его видно — напуган мужик не на шутку!

— Я не егожу. Просто не люблю говорить о вещах, в коих ни ухом, ни рылом! Я не знаю ничего о Яме кроме сказок и ночных страшилок, Борис. Знаешь, когда местные о Яме вспоминают? За ужином! Во время посиделок около костра от скуки языками чешут. Говорят много, но суть в том, что никто из них здесь никогда не бывал и своими глазами ничего не видел. Разве что кроме стариков, которые еще до войны здесь работали. А это сколько лет тому назад было! И тогда Яма была ямой, рабочей территорией, а не страшилкой.

— Яма это карьер, верно?

— Угу. Невероятно здоровенная дыра в земле. Я в старых книгах и журналах фотографии видел. Глубина метров шестьсот, в ширину с километр будет, не меньше. Но стены не отвесные… как ступеньками вниз спускаются.

— Уступами, спиралью — добавил Борис и я кивнул:

— Да, уступами. Как гигантская лестница. До войны там руду добывали и к заводу отвозили на переработку. Но так раньше было, про то разговору нет. Люди про нынешнюю Яму сказки пугливые рассказывают. Вот ты про завод меня спрашивал — это другое дело. Потому что люди там бывали. Все сами видели. И людоедов и поезд на ржавых рельсах. А около Ямы никто не бывал. Ни охотники в ту сторону не суются, ни поселений там нет. Вернее был один поселок, но кто знает, что с ним сейчас случилось. А я верю только в то, что видел сам, либо слышал от проверенных людей, которые зря болтать не станут.

— Ты все же расскажи — неожиданно мягко попросил Борис — Я ценю факт, что ты стараешься отделять зерна от плевел, так сказать. Ну, что даешь только проверенную информацию, в которой сам уверен. Ты просто говори, а я послушаю.

— И я послушаю, можно? — попросила подошедшая Инга, опускаясь на песок рядом с командиром.

Борис неопределенно хмыкнул, но возражать не стал.

— Ладно — сдался я — Ильяс тебе наверняка рассказал, но мне повторить не сложно. Начну с самой правдивой и совсем не страшной истории. Кажется, с нее все и началось. Короче, в Яме и на заводе осталось очень много брошенной техники, запчастей, расходников, одежды рабочей, да всякой всячины. Предприятие здесь раньше гигантское было, прожорливое как варан переросток, снабжение требовалось нешуточное. Позже часть техники и прочего вывезли в город, но далеко не все.