Эхо вины

Натан был бодр и воодушевлен.

– Доброе утро, дорогая! – сказал он. – Я долго был на море. Сейчас изумительная погода, синее небо и золотое солнце – если ты вообще способна это заметить сквозь твои темные деревья.

Такой тон показался ей абсолютно неуместным.

– Мой ребенок пропал. Какое мне дело до погоды?

– Так что, Ким все еще не объявилась?!

– Нет. И ты бы давно был в курсе, если бы удосужился позвонить мне лишний раз.

Он вздохнул:

– Извини. Я думал, она уже давно дома. Мне как-то неудобно звонить тебе. Откуда я знаю, может, в этот самый момент рядом с тобой сидит твой муж. Тоже не очень-то приятно для меня!

– Понимаю.

– У меня есть предложение, – сказал он. – Приезжай ко мне сюда, мы пробежимся вдоль берега моря, и ты немного успокоишься. Как тебе эта идея?

– Я не хочу уезжать сейчас из дома.

– Но ведь в настоящий момент ты все равно не можешь ничего поделать.

– Тем не менее. Может быть, Ким внезапно даст о себе знать, и…

Натан снова вздохнул:

– Я с удовольствием приехал бы к тебе сам. Но у меня нет ни малейшего желания встречаться с Фредериком, и, кроме того, мне надо экономить бензин. Ты могла бы и в самом деле…

Некоторое время назад она действительно мечтала о том, чтобы Натан успокоил и поддержал ее. Но внезапно это желание пропало – как отрезало. Момент для этого был слишком уж неподходящий.

– Нет, – перебила его Вирджиния, и тут же почувствовала неловкость из-за своей резкости. – Извини. Я знаю, что ты желаешь мне добра.

– Я не собираюсь тебя принуждать. – Голос Натана звучал слегка обиженно. – Но если ты передумаешь… у тебя есть мой адрес.

На этих словах он положил трубку.

Нажав на сброс, Вирджиния стала разглядывать изображение дочери в телефоне. С цифрового фото на нее глядела улыбающаяся Ким, которая прижималась щекой к мягкому плюшевому мишке.

– Где же ты? – прошептала Вирджиния. – Где ты, моя детка?

В чем-то Натан был прав: сидя дома, она все равно не сможет ничего предпринять. Невольное домашнее заточение сильно действовало ей на нервы, и она без конца прокручивала в голове страшные картины.

Вирджиния взяла листок бумаги и написала Фредерику записку: «Я пошла прогуляться. Мне нужно выйти, иначе я просто задохнусь. В.».

Пять минут спустя она выезжала из ворот, оставляя за собой темные деревья. Перед ней открылся широкий зеленый простор.

Натан сказал правду. На голубом небе сияло яркое солнце.

4

Несмотря на то что была среда, а не понедельник, Дженни заняла в половине второго свой пост у дверей агентства недвижимости и внимательно наблюдала за входом в магазин канцтоваров.