Эхо Древних (СИ)

Возможно, это не ворованный малыш, использованный для прикрытия, а сын или дочь этого террориста? Ну точно фанатик, раз на такое решился, ведь шансов уцелеть у них практически не было.

Кевин печально хмыкнул, понимая, что ребенок может стать обузой, но не стал мешать – чувства мужика понятны.

- Готов? Хорошо, выдвигаемся!

Глава 27

Несмотря на то, что бесчисленная орда южан уползла на север, немало вражеских шаек всё ещё шныряло по округе. Одни грабили имущество, другие охотились за рабами, третьи просто отстали от основных сил и не слишком спешили их догонять.

Пробираясь лесом к Штырякам, по пути отряд заглянул в Заречье.

К ужасу местных мужиков, вернувшихся проведать родные хаты, деревня оказалась совершенно опустевшей.

Ничего не сожжено и не разрушено, ни одного трупа, никаких следов пролитой крови. Просто четыре десятка оставленных жильцами пустых дворов. Да, некоторые уходили ранее с беженцами, как и сами мужики, но где все остальные?

Пархим, бывший здесь мельником, вместе с другими зареченскими, заходили в каждый двор, осматривали по порядку дом за домом.

Лишь в одном из них нашлась полуживая старуха, настолько дряхлая, что без посторонней помощи не смогла подняться с топчана. Да и пахло от неё так, что находиться рядом смог бы не каждый.

- Даже скотину забрали… - пробормотал Пархим. – И собак убитых не видно. Получается, их тоже с собой увели…

- Может все-таки сами ушли? – предположил Шнырь.

- Куда б они ушли, когда дикари уже дорогу перекрыли, - покачал головой Пархим. – Раз даже мы не сумели проскочить, что говорить про толпу народа со свиньями, коровами да курами.

- А телеги на месте, - заметил Шмель. – Значит, скотина своим ходом шла, не впрягали.

- Тогда может не по дороге? Может бежали в лес, а скотину с собой на прокорм забрали, - снова предположил Шнырь.

- Такой оравой в лесу не скроешься. Да и тропу вытопчут… Разве что по ручью пойти, надо бы проверить там следы…

- Осень наступает, а они в лес? С детьми и стариками? – засомневался Шмель. – А почему тогда теплые вещи оставили? Погляди, вон висят тулупы, ватные одеяла сложены, не тронуты. Нет, не похоже это на уход по доброй воле…

Сомнения рассеялись, когда к размышляющим мужикам подошел сотник Кабай.

- В общем, мы с Томшей присмотрелись к следам в округе. Никаких хитростей, все ушли по дороге к штыряковскому мосту, а потом дальше на тракт.

- Сами?

- То-то и оно, что не сами. Среди нашенских натоптано много чужих следов. Большие такие ножищи, в полтора размера. Босиком или с чудными подошвами, плетеными.

- И не холодно же им, а ещё южане…

- Ага, ты об их здоровье побеспокойся, словно больше не о чем думать.

- В общем, понятное дело, что народ увели в рабство или на прокорм, - мрачно подытожил Кабай.