Эхо проклятого леса

Работа в парке длилась не более четырех часов – таковы были требования для несовершеннолетних. Тошка и Фил покрасили лишь половину левой стороны бордюров, за что Зуб отчитал их в конце дня, назвав лентяями, и пообещал внести в свою тетрадь лишь половину отработанных часов, если темп работы не ускорится.

На самом деле Зуб угрожал всем работникам, но администрация парка все равно ставила часы отработки по полной, ведь зарплата у школьников была и так смешной; главное – выходить на смену и что-то делать. А то, что кто-то работал медленно, а кто-то быстро, было малозначимым фактором.

После работы все собирались возле большого умывальника, установленного на лето позади склада. Длинное металлическое корыто с десятком кранов было облеплено с обеих сторон чумазыми школьниками. Бак был наполнен ледяной водой, но в такую погоду никто особо не жаловался. Тошка усердно натирал испачканные по локти побелкой руки, когда краем глаза увидел Луну, что встала рядом с ним. Мальчишечье сердце заколотилось так, что кровь застучала в висках. Тошка чувствовал, как мурашки стремятся растоптать его спину, но это было невероятно приятное чувство.

– Привет, Тош. Как там дела у Марка?

Тошке показалось, что вопрос был адресован не ему, и продолжал молча намыливать руки.

– Ты с ним видишься? – снова послышался голос девочки.

Сомнений быть не могло: обращались именно к нему. И это была Луна. Она заговорила с ним первая.

– Давно не виделись, – сухо ответил Тошка и сразу же проклял себя за то, что не поздоровался. – Привет, – добавил он и возненавидел себя за этот поздний «привет».

Луна отмывала перепачканные землей руки.

– Я ужасно скучаю по Саше, так сильно не хватает ее, – продолжила разговор девочка.

Мысли Тошки резко перешли от Луны к подруге. Он тоже ужасно скучал без Саши, не передать словами как.

– У меня есть к тебе разговор.

– Что за разговор? – Тошка наконец повернулся к Луне. Он и сам не заметил, как намылил руки по самые плечи.

– Не здесь. Слишком много людей. Давай у каруселей, – сказала она, закончив оттирать пальцы.

– Сейчас?

– Ну, наверное, сначала тебе нужно смыть мыло и переодеться, – улыбнулась она милой, доброй улыбкой, от которой у Тошки сперло дыхание, и, вытерев руки полотенцем, пошла в сторону раздевалки для девочек.

Тошка посмотрел на свои мыльные руки и почувствовал, как щеки горят от смущения и радости. Он тут же сунул руки под холодную воду и начал нервно смывать мыло и побелку.

Дождавшись, пока все ребята закончат переодеваться, Тошка зашел в пустую раздевалку и, быстро скинув с себя потную рабочую одежду, переоделся в потную повседневную. Он посмотрел на себя в затертое, все в разводах, зеркало и тяжело вздохнул. Лицо его было все таким же скучным и казалось не по годам детским.