Эхо проклятого леса

– Ну да, к кому же еще?

– Но ты же раздетая, я…

– Я не полностью, да и тут так темно, что все равно ничего не видно. Пожалуйста, подойди.

Тошка встал на свои онемевшие от долгого сидения ноги и, водя перед собой руками, чтобы случайно никуда не врезаться, подошел к Луне. Угол, в котором сидела Луна, действительно был самым темным, лишь очертания силуэта девочки помогали определить, где она.

– Ближе подойди, чего ты стесняешься, иди сюда, садись.

Тошка еле проглотил комок в горле и, протяжно и беззвучно выдохнув, присел рядом с Луной. Он коснулся ее своим коленом и почувствовал, как жар Луны быстро расползается по его собственной коже.

– У тебя высокая температура.

– Нет, я в порядке, – сказала Луна и, взяв Тошку за руку, положила голову ему на плечо.

Тошка глубоко вдохнул запах ее волос, все еще источающих слабый аромат шампуня, перемешавшийся с запахом земли и хвои, и понял, что никогда не забудет этот миг.

– Они что, придумывают план прямо сейчас? – спросила чуть слышно Луна.

– Не знаю. Надеюсь, что нет. Хотелось бы, чтобы у них все было давно продумано до мелочей.

– Как думаешь, мы умрем?

– Нет, конечно, нет, что ты! Сегодня же не умерли, хотя шансов было выше крыши.

– Ты такой смелый. Я даже не представляю, как ты так легко все это переносишь.

Тошка почувствовал, как на его плечо упала холодная капля. Луна тихонько шмыгала носом и подергивалась, как дергаются люди, когда плачут. Он еле сдерживался, чтобы не рассказать Луне, что сам в диком ужасе от происходящего, но, понимая, что это сделает только хуже, решил задать вопрос:

– Зачем ты сюда пошла?

– Честно?

– Ну, хотелось бы честно, – улыбнулся Тошка и снова глубоко вдохнул запах девичьих волос.

– Я ушла из дома.

– Как это?.. Что, насовсем?!

– Да. Мой отец… В общем, он пьет.

– Ну-у-у, мои родители тоже часто выпивают, особенно после работы. Мать приносит вино, отец покупает коньяк…

– Нет, Тош. Мой отец много пьет. Очень много. И у него проблемы с психикой.

Тошка замолчал."

"– Я никому, кроме Саши, об этом не рассказывала, но теперь, когда мы тут и не знаем, что будет завтра… В общем, он довел мою маму до того, что она сбежала из дома, когда мне было семь лет, и я с тех пор ничего о ней не знаю. Он почти всегда не в себе: орет на меня из-за каждой ерунды, иногда даже бьет. Он никогда не дает мне деньги и контролирует каждый мой шаг. Одежду и все остальное покупает мне бабушка, или я сама зарабатываю на каникулах. Только когда ко мне приходила в гости Саша, отец вел себя более-менее спокойно, но, стоило ей уйти, как он начинал орать на меня матом еще сильнее прежнего и запирал в комнате. У нас дома на всех дверях установлены замки, даже на дверях туалета и ванной, а ключи есть только у отца.