Эхо Древних (СИ)

- Кто знает? Нгарх знает, - надменно усмехнулся Таруй, - а с артефактом они промахнулись, зайдя слишком далеко на юг. Мы навестим этот столб через недельку-другую, когда пойдем дальше.

- Ты сказал столб?

- Ну да, что-то вроде того – до сих пор опасный осколок древней эпохи. Столь древней, что даже мой народ тогда ещё не родился.

- Опасный? Зачем же имперцы искали его?

- Наверняка для того, чтобы постигнуть древние знания, - снова усмехнулся Таруй, - ты же знаешь, что император – безбожник и воплощение зла. Как и всякий, ему подобный, он хватается за любую возможность навредить нашему миру.

- Да-да, понимаю, - нетерпеливо отмахнулся Атомба от пафоса общих фраз, - но чем опасны эти осколки? Разве не вся магия мира принадлежит нашим богам? И разве сами боги не древнее этих артефактов?

- Слишком трудные вопросы задаешь, - нахмурился Таруй, - не твоего ума это дело, вождь.

Атомба помрачнел, но стерпел обиду.

- Ладно, не дуйся, старый друг, - смягчился Таруй и примирительно похлопал Атомбу по плечу. Потом задумался, словно прислушиваясь к голосам в голове, и недобро усмехнулся тонкогубым ртом:

- Мне пора. Великий Нгарх голоден, и захваченные тобой пленники будут очень кстати, бог благодарит тебя за них.

Атомба кивнул в ответ на похвалу, но потом обеспокоенно покачал головой:

- Нгарх продолжает расти? Всего три дня назад мы добавили в упряжь двух крепких волов, чтобы тащить шатёр великого. Неужели опять пришла пора увеличивать колесную платформу?

- Не беспокойся об этом, дружище. Если бог пожелает, он продолжит взращивать тело. Однако пока он растет в другом смысле, духовном, - альбинос торжественно сцепил тонкие ладони и закатил вверх красные глаза.

На минуту воцарилась тишина. Прервал её страшный душераздирающий крик со стороны лагеря. Атомба узнал голос пленной женщины, с которой недавно разговаривал.

- Вот видишь, заболтался с тобой – и опоздал, - сокрушенно вздохнул Таруй, открывая глаза и расцепив ладони, - похоже, начали без меня.

Глава 9

Затяжная жара сменилась, наконец, дождями. С одной стороны, неплохо – по прохладе идти всяко легче. Но с другой, дождь – это размытые дороги, лужи и грязь. Ноги соскальзывают, люди спотыкаются, нет ни строя, ни порядка."

"Отряд, насчитывавший почти сотню ополченцев, растянулся вдоль дороги неподобающе длинной вереницей. Первый боевой задор затух уже на следующий день пути. Невыспавшиеся и опухшие после ночной попойки мужики хмуро месили ногами дорожную грязь, почти не переговариваясь между собой. Как ни старался сержант Яр создать хоть какое-то подобие строя, получалось слабо. И проблема крылась не столько в непонятливости мужиков, сколько в нежелании барона Руделя участвовать в подготовке новобранцев.