Клетка для эгоиста (СИ)

Он почувствовал, как девушка вздрогнула, словно испугавшись или опомнившись, а потом мягко высвободилась и развернулась к нему лицом, скрестив руки на груди в защитной позе. Ее взгляд показался ему странным — вопросительным, вымученным, осуждающим. В этих воспаленных глазах плескалась боль и непонимание, они призывали к ответу. Невольно ощетинившись, мужчина убрал руки в карманы брюк и нахмурился, ожидая нападения.

— Когда планируешь вернуться в Москву? — задала она нейтральный вопрос, и Луку слегка отпустило.

— Не думаю, что раньше, чем Эвита стабилизируется и любые риски исключат… — честно ответил он, все еще разглядывая ее лицо и пытаясь нащупать смыслы между строк.

— Ты же понял, что это может затянуться, — пожала плечами девушка и заморгала, опустив глаза. — Боюсь, поначалу нас излишне обнадежили, чтобы заранее не вызвать панику. Думаю, ты будешь ей нужен, пока она будет восстанавливаться… Она по тебе постоянно скучает и спрашивает. — Ее рука вдруг метнулась к губам, прикрывая искрививший лицо спазм отчаяния. — Ты никогда себе не простишь, если не будешь рядом в такой трудный для нее период…

— Лен, что с тобой? — Лука все же притянул ее к себе за плечи, заглядывая в лицо, но жена лишь замотала головой, не желая, чтобы ее рассматривали, как подопытного кролика, чтобы пытались разгадать ее эмоции и даже мысли. Она вновь попыталась отстраниться, но он с силой прижал ее к груди и поцеловал в растрепавшиеся золотисто-медовые волосы. Ему было жаль ее… жаль из-за дочери… жаль из-за того, что он сделал с их браком… жаль из-за того, что еще сделает… На этот раз она была не в силах сопротивляться, и просто заплакала у него в объятьях. — Я же сказал, что не уеду, — мягко подтвердил он. — После первой консультации с местными хирургами сразу решил поменять билеты. Я тоже сейчас сам не свой… едва ли смогу сосредоточиться на делах… Мне будет спокойнее рядом с вами, хоть я здесь и бесполезен…

— Я… рада, что ты принял такое решение, — прошептала она.

После того раза она больше не плакала, разве что от счастья, когда Ева очнулась после операции, и они смогли обменяться парой слов, прежде чем она уснула, еще не отойдя после наркоза. Дни потянулись однообразной чередой, но Лука и правда ни разу не пожалел, что остался здесь так надолго, наблюдая, как дочь приходит в себя и крепнет с каждым днем, выбираясь на редкие пешие прогулки с Леной и иногда проводя тихие вечера в гостиничном номере за ноутом, пытаясь принимать хотя бы какое-то участие в делах фирмы. А еще он здесь многое передумал… Здешняя атмосфера, воздух, природа действовали успокаивающе… Открывали новые грани сознания. И он скучал, тосковал, волновался, хотя прекрасно знал, что все у него было под контролем.