Клетка для эгоиста (СИ)

Промучившись часов до одиннадцати, он все же вырвался из замкнутых пространств офиса, выйдя на балкон в одном костюме на ледяной промозглый ветер, обжигающий мелкими лезвиями кожу и тут же пробравшийся под одежду. Ничего не замечая кругом — ни холода, ни дождя, ни ветра, он набрал ее номер, пребывая в какой-то странной эйфории.

— Солнышко, привет, — проурчал он в трубку, тут же представляя себе ее всю — нежную, полуголую, возможно, еще нежащуюся в постели в роскошном номере, который он для нее снял, чтобы окружить достойной ее красотой. Почему-то сразу почувствовал неладное, услышав лишь напряженное молчание в ответ, какое-то тяжелое, безучастное, ледяное.

— Не звони мне больше, — упавшим бесцветным голосом произнесла она через некоторое время. Он буквально почувствовал, как дрожат ее губы, как она с трудом двигает языком, чтобы произнести эти несколько ужасных слов, которые он больше всего боялся услышать.

— Кристина… — Лука сглотнул, тоже чувствуя в горле спазм, как и она. — Пожалуйста, не бросай трубку. Нам нужно поговорить.

— Ты женат? — тот же обреченный голос вонзил в сердце кол, не позволяя ему отдышаться.

— Да. И у меня есть дочь, но…

— Сколько ей?

— Пять.

— Пожалуйста, не звони мне больше, — на этот раз просьба больше походила на мольбу.

— Позволь мне все объяснить.

Какое-то время в трубке вновь свирепствовала эта чертова тишина, которая выворачивала наизнанку все нутро. Может быть, он должен был еще что-то сказать сразу, а не ждать ее ответа, но у него язык не поворачивался и нужные слова не находились, а в трубке вдруг послышался сброс. Лука тут же набрал ее еще раз — сброс, и еще — сброс, и еще — сброс. Потом вдруг развернулся и неожиданно для себя самого со всего маху запустил телефон в стену, наблюдая, как тот разлетелся чуть ли не вдребезги. Идиот… Теперь еще придется срочно посылать кого-нибудь за новым телефоном, он ведь ждал важного звонка… А, впрочем, ему было по хер…

Вернувшись в свою приемную, наорал на секретаршу за тупизну и медлительность. Обвинения, конечно же, были совершенно несправедливыми. Впрочем, она уже привыкла к его нраву и помалкивала, когда следовало. Мила была одной из лучших его помощниц, расторопная, схватывающая все на лету, сообразительная, а еще не в его вкусе, чтобы не отвлекала от работы. Когда ты привык драть все, что движется, и при этом женат, приходится слегка себя ограничивать в мелких радостях жизни. Репутация, мать ее…"

"Через пятнадцать минут водитель доставил новый телефон из ближайшего салона связи, пока Лука бессмысленно мерил шагами свой кабинет.