Эгоист

– Так что, Таня, – мое имя звучит с милым акцентом, – что тебя привело в Рим?

Майк смотрит с любопытством.

Я же никак не могу понять: что этому известному гонщику надо от меня? Если он не соврал, то в его послужном списке одни модели и селебрити, я же переводчик-синхронист сорок четвертого размера, любящий заточить калорийную бомбу на ночь глядя.

– Говорят, в Рим приезжают, чтобы залечить раненое сердце, – обтекаемо отвечаю. Да и фраза звучит очень даже ничего. Увидела ее однажды и всегда мечтала сказать.

– Уф! Я мастер по залечиванию разбитых сердец. У меня и диплом есть. Да-да.

Смешной он, загадочный Марино.

В этом и проблема: от таких, как он, следует держаться подальше.

– Потрошки будешь? Они здесь отменные.

– Предпочту пасту.

– Э! Ты в Риме. Зачем тебе паста? Не любишь потрошки, есть свиная кожа. Ягненок, в конце концов.

Майк все еще в белой рубашке. Кожа на шее и у ворота кажется загорелее, чем на самом деле. Фонари по периметру ресторана вообще любую картинку и слово делают романтичными.

Мое «ну такое себе» уверенно движется к «допустимый вариант».

– Девушке пасту, мне – оссобуко, – озвучивает заказ.

Мысленно считаю, сколько денег у меня в кошельке. За симпатичным и юморным итальянцем обычно скрывается жадный маменькин сынок.

И зачем только согласилась встретиться с этим Марино. Гонщик, футболист… Какая разница! Его улыбка утраивает скорость пульса.

«Допустимый вариант» рискует смениться на «довольно-таки симпатичный».

– И почему ты не гоняешь, раз ты гонщик?

– Отпуск.

– И ты правда знаменит?

– Конечно! Сам Месси брал у меня автограф.

Вино вкусное. Красное, сухое, как я люблю. Майк тоже пьет и постоянно смотрит на меня.

– Кто такой Месси? – подшучиваю. Не только же ему можно. Конечно, я знаю, кто такой Месси. Только его и знаю. Еще Бэкхема, но это совсем другая история.

– Официант, счет! – выкрикивает. – Я шучу, – тут же вскидывает руки. Это было… Оригинально и цепляюще. Подавляю рвущуюся улыбку. – Вообще не его фанат.

То ли вино, то ли долбаная Италия, но, кажется, Майк Марино классный.

– Я знаю, кто такой Месси.

Марино прищуривается, хмыкает. Поджимает губы, затем облизывает их. Отчего-то на моем языке вкус вина становится ярко выраженным.

Сердце… Зажило отдельной жизнью.

– А ты с юмором. Мне нравятся такие.

Ну вот и минус. Майк Марино – самолюбивый и эгоистичный. Вставай, Таня, и беги от него. Он еще и потрошки ест…

– Проблема в другом, гонщик Марино.

Нам приносят еду. Пахнет вкусно, а я сильно проголодалась.

– И в чем же? – Майк хватается за свой оссобуко, как хищник.

– Мне не нравятся такие, как ты, – беру бокал с вином, делаю глоток. Поверх смотрю на замершего Майка.

– Такие красивые? – изумленно приподнимает брови.

– Ты не красивый. И даже не симпатичный.