Эфемер

Осклабившись, он ударил в ответ, точно так же — и забрало «Аватара» хрустнуло, вминаясь внутрь и калеча мне лицо, а я потерял равновесие и ощутил, как что-то острое пробивает стык Доспеха, вонзается мне в подмышку, неумолимо приближаясь к Источнику. Острая боль парализовала, замерцал интерфейс, сигнализируя о повреждении энио. Гор всадил туда неизвестно откуда взявшийся кинжал и коротко размахнулся топором, готовясь размозжить мне голову.

И вдруг прервался, страшно захрипел, из его рта хлынул поток крови. Выронил оружие. Тело Гора поднялось в воздух, а за спиной развернулись огромные коричневые крылья. Грудь Инкарнатора лопнула, выворачиваясь наружу, из кровавого месива, разрывая плоть и экипировку, вылезли загнутые кончики желтых когтей.

Птенец! Всеми забытый, он совершенно неожиданно и безошибочно атаковал убийцу своих родителей. Золотая броня, превращенная в утерянный щит, больше не защищала последнего охотника «драконов». Это давало мне шанс — и я, крича от боли, выдернул кинжал, а затем, обливаясь кровью, вскинул Десницу, мысленным усилием активируя «Дезинтеграцию». Шесть секунд, но их хватило, мощь Гора была его ахиллесовой пятой, у Инков высоких эволюций очень дорогая инкарнация, а запас Азур противник сегодня истратил почти полностью.

Голубой конус накрыл дергающееся в агонии тело Гора. Птенец одним движением успел откусить ему голову, а несколькими мгновениями спустя терзал когтями лишь пустоту — все то, что составляло суть Гора, втянулось внутрь перчатки Прометея, распадаясь на атомы.

В результате «Дезинтеграционного Анализа» получено:

Биомасса — 132 кг

Азур-артефакты — 44 шт.

Вторсырье — 1.7 кг

Неопознанные сложные элементы (требуется отдельный анализ) — 3 шт.

Анима — 1

Онтологический прион, модификация «Альфа Плюс» — 1

Генетические модификации — 2 шт. (требуется отдельный анализ)

Азур — 19000

Создание Схемы биологического объекта невозможно!

Все! Я выдохнул, понимая, что победа далась практически чудом. Чувствуя, что вот-вот истеку кровью и потеряю сознание, запустил собственную инкарнацию. А когда очнулся, увидел совсем близко зеленые глаза Алисы. И птенца за ее спиной, жалобно теребившего крыло убитого родителя. Нет, не птенца — молодого руха, огромное и красивое создание, полностью оперившегося и размером раза в два превосходившего самого крупного из виденных мною легионных орноптаров. Казалось даже невероятным, что он поместился в тот тесный контейнер с таким размахом крыльев. Словно почувствовав мое внимание, птица обернулась, взглянула на меня янтарными глазами, расправил крылья, жалобно крича — и я вдруг остро ощутил нашу ментальную связь. Почувствовал его нечеловеческий, бушующий разум, сейчас охваченный одновременно яростью и тоской.