Эфемер

На виртуальной карте голубая точка, означавшая нас, вошла в алую заштрихованную зону. За этой чертой Бина Ши безжалостно убивали всех, кто рисковал пересечь границу. Как я и ожидал, радар оказался «психическим» — знакомое плотное давление общего ментального поля роя. Оно распространялось на сотни миль и было на несколько порядков мощнее того, что окутывало воинство Ши на Космодроме. Там мы имели дело с новым, маленьким Роем, а старый, гнездившийся в Сеятеле, вероятно, обладал куда большим количеством высших особей с развитыми А-способностями.

Моя сила казалась ничтожной, как одинокая песчинка, несомая ветром навстречу грандиозной буре. Я сжал до предела, свернул пси-поле, чтобы не выдать себя. А-нимб молодого руха и моя «Непроницаемость» были неплохой маскировкой — интуиция подсказывала, что Ши сначала будут бить, а уже потом разбираться. Маршрут, построенный Мико, пролегал через локацию Звездного Выстрела к Сеятелю, я планировал поискать следы деятельности Прометея или скрытый вход на поверхности, а если нет — попробовать пробиться сквозь ледниковую броню с помощью «Дыхания Солнца», подобно тому, как Гелиос пробурила им внутренности Сциллы.

Но обстоятельства распорядились иначе.

Над Фиордасом свирепствовала снежная буря. Как назло, она большим пятном накрывала нашу область. Мощные порывы ветра, нулевая видимость, сплошная колючая метель, наполненная острыми снежинками. Птенец отважно врубился в нее, но я тут же ощутил, что молодому руху сложно пробиваться сквозь такой буран. Мы с ним почти мгновенно заледенели, покрываясь снежной коркой. О целенаправленном поиске чего-либо при такой непогоде речь вообще не шла.

Мико:Грэй, по моему прогнозу, буря утихнет через несколько часов. Предлагаю переждать.

Она тут же уточнила «точку ожидания» и проложила туда маршрут — одно из укромных местечек, когда-то отмеченных на карте разведчиками. Мы развернулись, укрываясь от ветра плечом исполинских торосов, полетели вдоль побережья, над колыхающимися, наполненными ледяными глыбами волнами. В ушах стоял грохот прибоя и треск разбивающегося льда, а свирепый вой ветра полностью заглушал все прочие звуки.

Негостеприимный край! Я направил руха в широкую расщелину, нечто вроде узкого фиорда. Над нами постепенно смыкалась обросшая клыками-сосульками пасть ледника, превращая каньон в огромный затопленный тоннель с обрывистыми скальными стенами. Птенец без труда умещался в его створе, тут бы вполне хватило места для звена винтокрылов. Разветвление, поворот, еще один, резкий подъем — и через пару минут мы оказались в мрачном гроте, образующем нечто вроде замкнутой мелкой бухты с пологими берегами.