К востоку от Эдема

— Это был несчастный случай, — прошептал он.

— Кто-нибудь видел, как это произошло? Ваша жена при этом присутствовала?

Адам не отвечал, и Гораций увидел, что глаза у него закрыты."

"— Мистер Траск, вам сейчас плохо, я понимаю. И я, как могу, стараюсь вас не утомлять. Может, я пока поговорю с вашей женой, а вы отдохнете? — Он подождал ответа, потом повернулся к двери, где у порога по-прежнему стоял Ли.

— Китаеза, передай своей мисси, что я буду счастлив поговорить с ней.

Ли молчал.

— Моя жена уехала в гости, — не открывая глаз, сказал Адам.

— Так ее не было здесь, когда это случилось? — Гораций взглянул на Джулиуса и увидел, что у того какое то странное выражение лица. Губы у Джулиуса слегка кривились в иронической улыбке.

А ведь этот соображает лучше меня, пронеслось в голове у Горация. Вот из кого бы вышел дельный шериф. Так, так, — сказал он вслух. — Это уже интересно. Всего две недели назад ваша жена родила, причем двойню, а сейчас вдруг уехала в гости. Детей она тоже с собой взяла? Мне показалось, я слышал, как они тут где-то пищат. — Нагнувшись над кроватью, Гораций тронул Адама за стиснутый кулак. Мне самому все это очень неприятно, но разобраться я обязан. Траск! — рявкнул он. — Я требую, чтобы вы рассказали правду. И это не праздное любопытство. Я здесь представляю закон. Откройте глаза, черт возьми, и говорите, иначе, клянусь, я отвезу вас к шерифу, и плевал я, что вы ранены!

Адам открыл глаза: взгляд у него был отсутствующий, как у лунатика. И когда он заговорил, голос его звучал на одной ноте — ровно, тускло и мертво. Казалось, он тщательно и правильно произносит слова на языке, которого не понимает.

— Жена ушла от меня, — сказал он.

— Куда?

— Не знаю.

— Как вас понимать?

— Я не знаю, куда она ушла.

Тут впервые за все время в разговор вмешался Джулиус:

— Почему она ушла?

— Не знаю.

Гораций рассердился:

— Траск, не хитрите! Вы играете с огнем, и все это мне очень не нравится. Вы не можете не знать, почему она ушла.

— Я действительно не знаю.

— Может быть, она заболела? Вы не замечали за ней никаких странностей?

— Нет.

Гораций повернулся к Ли:

— Китаеза, ты что-нибудь знаешь?

— В суббота моя уеззай Кинг-Сити. Назад плиеззай поздно, в двенадцать ноци. Находи мистел Тласк на полу.

— Значит, когда это случилось, тебя здесь не было?

— Нет.

— Что ж, Траск, придется снова говорить с вами. Китаеза, приподими-ка штору, а то ничего не видно. Вот так, теперь другое дело. Хорошо, попробуем по-вашему, пока мне не надоест. Итак, жена от вас ушла. А кто в вас стрелял? Она?

— Это был несчастный случай.

— Ладно, пусть несчастный случай, но револьвер держала она?

— Это несчастный случай.

— С вами далеко не уедешь. Давайте так: предположим, что она ушла, а мы должны ее найти — понимаете? — как в детской игре.