Язва на полставки

Из бардачка, забитого пустыми пачками из-под сигарет достают упаковку влажных салфеток и бросают мне на колени.

— Сотри с себя всё. Ты же девушка. Зачем малеваться будто тебе тридцать?

Вообще-то я не злоупотребляю косметикой. Тушь, подводка, помада. Даже тональником редко когда мажусь. Так что замечание максимально неуместно.

— Чтобы быть красивой.

— Тебе для этого не нужны ни косметика, ни забитые рукава.

— А что нужно?

— Ничего.

— В смысле, ничего не поможет? Всё настолько плохо?

Игнатенко разворачивается ко мне, стягивая с лица очки.

— Ты специально на комплимент нарываешься?

— А есть лишний? Я б не отказалась.

Слабая улыбка трогает его губы. Добрая, без ехидства. Ух, ты. Она у него красивая.

— Так мы идём куда или нет?

Говорит так, будто ему больше моего надо. А я ведь пока ничего не решила.

— Это что, свидание?

— Хочешь, чтобы было свидание?

Конечно. Было бы здорово, вот только мы все помним, что я не в его вкусе.

— Не хочу, — девушки вредные создания, живущие по принципу: отвечай строго наоборот.

Видимо, не только девушки.

— Значит, придётся смириться, — спокойно сообщают мне. — Потому что это свидание.

Глава 5. Заячий остров

ДемьянПервые полчаса Томка малость дёрганная. Перепугалась со слов про свидание. А в прошлый раз с намёков на секс и вовсе едва язык не проглотила. Малая она ещё совсем: пытается казаться самоуверенной, но как горячим пахнет — моментом сдувается. Малая, но забавная. Это и проблема. Надо держаться от неё подальше, а вместо этого я снова и снова ищу повода её увидеть.

Вот захрена, казалось бы, тратить утро на эти разъезды? Всю ночь на ногах, но вместо того, чтобы отсыпаться теперь блуждаю под давящей габаритами махиной подвешенного под потолком скелета кита. В Зоологическом я был раза два. Давно, ещё с экскурсиями в школе. Тогда, разумеется, до поросячьего визга восторгался, сейчас же впечатления уже не те.

Зато Тома светится. Едва минуем кассы и заходим под высокие своды, подпираемые колоннами, её словно переключает — неловкость сменяется блеском в глазах и азартом. Маленький моторчик заводится с полуоборота и на следующие почти три, сука, часа мы теряемся тут.

Казалось бы, скука, но не могу отделаться от мысли, что мне нравится наблюдать за Тамарой. За тем, как она по несколько минут торчит у каждого экспоната, вчитываясь в таблички и с внимательностью разглядывая чучела саблезубых тигров и почему-то таких же саблезубых бобров. Кажется, ночью её разбуди — до малейших деталей опишет.

Про меня забывают. Начисто. Убегают вперёд, не оглядываясь. Только и остаётся ступать следом и следить, чтобы та нигде в стекло не влетела на радостях. А то попытки уже были, когда она на выводок пингвинов засмотрелась. Мда. Чувствую себя папашей на выгуле.