Явор

А потом, сжав зубы до протяжного скрипа, издаю надрывной крик, отпуская ту боль, что буквально разъедает меня изнутри. Но она не уходит...

Моя роковая ошибка. Мое клеймо. Мое проклятье. Это все ты — Кейси Холл.

52

БРИДЖИДА

Дверь с грохотом врезается в стену, и я подпрыгиваю от неожиданности, сильнее прижимая трясущиеся колени к груди.

— Парни, спокойно, — ехидно протягивает Явор. Этот идиот даже на смертном одре шутит. — Как видите я не в форме, сопротивляться не бу... — но приторно-сладкую речь блондина сменяет оглушительный треск."

"Успокаивает одно, что это треск не его костей, а, по всей видимости, мебели, в которую он влетел. Медленно отодвигаю дверцу, оснащенную роликами, в сторону, открывая себе небольшой обзор, но увиденная картина гулкой болью стесняет все внутренности. Явор лежит в обломках тумбы, но сдаваться он явно не собирается, предпринимая попытку подняться. Всплеск адреналина затмевает рассудок, и я уже собираюсь ринуться ему на помощь, но его угрожающие слова, подобно яркой вспышке всплывают в голове и обездвиживают меня.

— Картер, просил тебя упаковать, — неприятно разносится по комнате гадкий мужской голос, окончательно выбивая из моей головы глупые мысли о побеге из шкафа.

— И часто вы у него отсасываете? — Явор едва не рычит, поднимаясь на ноги. — Ваш хозяин хорошо с вами обращается? — будто специально дразнит этих псов. Жаль, что узкий обзор не позволяет рассмотреть лица нападающих, зато довольную физиономию блондина я вижу прекрасно. Псих. Он же только распаляет этих бандитов.

— Ты первый сегодня ему отсосешь, а потом нам расскажешь, какие вкусные яйца у нашего хозяина, — чеканит мерзкий бандит, и злорадный хохот разряжает напряженный воздух подобно взрыву.

Явор хватает ножку от тумбы, но, не успев атаковать противника, уворачивается от встречного удара. Потеряв равновесие, он падает обратно в деревянные обломки. Я зажмуриваюсь, не в силах наблюдать его неудачное приземление, а когда открываю глаза, сразу же жалею об этом. Потому что сокрушительный удар ногой приходится ему прямо под живот. Я тут же откидываюсь назад и закрываю уши, чтобы не слышать, как его избивают. Но эти глухие звуки будто застревают в моей голове. Судорожно запускаю пальцы в волосы и сжимаю их в кулаки до колкой рези, не желая ни слышать, ни видеть, ни чувствовать. Сердцебиение учащается и становится трудно дышать в этой тесноте, но все происходящее вызывает во мне панику и ужас. Эти козлы прекращают показательную экзекуцию, а по фоновому шуму я догадываюсь, что они поднимают Явора и волокут из комнаты, сопровождая это действо противными насмешками. Постепенно они стихают, и в образовавшейся тишине растворяются приглушенные стоны Явора, но вылезать из укрытия как-то не спешу.