Явор

Но сам факт, что ты забрала чужую вещь, не останется для тебя безнаказанным, Грязнуля! — Он небрежно выпускает мои волосы. — Снимай трусы! — рычит, склонившись к уху, и грубо прикусывает мочку, вырывая из меня жалобный писк.

Какой идиот принял этого маньяка в учебное заведение? Его руки ловко забираются под мою юбку, и я начинаю извиваться как змея, в которую воткнули раскаленное копье.

— Нет! Я сама! Сама!

Мне удается развернуться к нему лицом и выставить руку, которая дрожит, будто по телу проходит десятибалльное землетрясение. Сдуваю прядь волос, что падает на глаза и раздражает меня не меньше, чем вся эта ситуация.

Я судорожно стягиваю трусики и швыряю подонку прямо в лицо. Однако, словно предугадывая все мои действия, он ловит их и с довольной физиономией убирает себе в карман. Извращенец! Ненормальный! Ненавижу! А когда этот придурок вытаскивает из кармана силиконовую бабочку, от которой, как от портупеи, в разные стороны отходят черные ремешки, и прокручивает это на своем пальце, мне становится не по себе. Очередная его игра.

— Что это?!

— Стимулятор.

— Для чего?

— Для меня, блядь! Для клитора твоего. Надевай, — протягивает штуку мне, а я смотрю на нее с неподдельным шоком и отвращением. — Не переживай, купил специально для тебя.

— Давай, ты удалишь мои фото и видео, а я отдам тебе телефон, мы разойдемся по-хорошему и забудем о существовании друг друга?

— Надо было раньше думать.

— Раньше? Ты обещал удалить!

— Не-е-ет, нет, нет! Я такого не говорил, врунишка Брида. Я сказал, посмотрим. Так ведь?

— Какой же ты мерзкий! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

— Можешь кричать это, когда доведу тебя...

Я хлестко бью подонка по щеке и выхватываю извращенские трусы из его рук. Но когда натягиваю их, моя прыть убавляется сама по себе, ведь клитор обхватывает прохладная эластичная материя. Сглатываю и медленно расправляю плечи. А он упивается своей властью. Хочется орать во все горло, чтобы все знали, как я его ненавижу.

— Все?! — раздраженно цежу сквозь зубы."

"— Нет. — Он делает шаг вперед и подцепляет меня за подбородок. — Когда я буду смотреть на тебя, мне нужно видеть твое лицо. А если будешь закрываться… — нажимает на кнопку, и меня прошибает мощной вибрацией, отчего подкашиваются ноги.

Я взвизгиваю и цепляюсь за его плечи, чтобы не свалиться, но увидев самодовольную ухмылку, убираю от него руки.

— Поняла?! Будешь послушной, буду не таким резким.

— Зачем тебе это? — Пытаюсь восстановить сбитое дыхание.

— Не знаю, — он поджимает нижнюю губу, — наверное, мне просто скучно. — Он нажимает на кнопку еще раз, и эластичная ткань начинает мягко массировать напряженный бугорок. Но в совокупности с его взглядом это равносильно резкому удару тока. — Сначала я делал это, чтобы насолить твоему брату.