Явка с повинной

Следователь выбрался из-за стола, пожал гостям руки, пригласил садиться. Рогозин уселся напротив Кунина, привычно, с ног до головы, оглядел его и сказал:

— Рассказывай. — Он держался как хозяин в этом большом строгом кабинете.

Следователь, который продолжал стоять, одобрительно кивнул и взялся за графин с водой.

— Как же это, Коля? — спросила Нина. — Не верю я, ты не мог…

— Придержи, Нинок, — строго остановил ее Рогозин, нацепил свои очки в металлической оправе, наклонился к Кунину. — Ты или не ты?

Кунин несколько раз молча кивнул.

— Я, — выдавил он с трудом.

Рогозин снял и протер очки, покачал головой и неожиданно горячо заговорил."

"— Не мог ты, Никола. Никак не мог. Их, — он кивнул на следователя, — обмануть можно. Меня, старого, можно. Лошадей обмануть нельзя. Они же твою доброту чуют. Уговорили тебя здесь, запугали, скажи. Я ничего не боюсь, до Центрального Комитета дойду.

Лева хотел остановить старого конюха, но следователь пригрозил ему пальцем и довольно кивнул.

— Ты не бойся, парень. Тут же ясное дело, — продолжал Рогозин, — им убийцу найти необходимо, ты подвернулся, тебя и запрягли. Мне, старому, правду скажи. Ну?

— Не надо, Михалыч, — ответил Кунин. — Никто меня не запрягал. Сам я, все сам. Убить меня мало. Все водка.

Рогозин вновь снял очки, зачем-то протер их, вздохнул. Следователь взял со стола протокол допроса, протянул Рогозину.

— Можете прочитать.

Старый конюх читал медленно, останавливаясь, смотрел на Кунина, качал головой. Прочитав лист, Рогозин протянул его Нине.

Лева со следователем отошли к окну. На вопросительный взгляд Гурова следователь ответил:

— Он врать не умеет. Совершенно. Говорит только правду. Горе какое, горе. Парень-то хороший, добрый.

— Хорошие и добрые людей не убивают, — сердито ответил Лева. — Нашли кого жалеть.

— Тебе не жалко?

— Нет!

— Меняй профессию, Лев Иванович. Настоятельно рекомендую, меняй. Иначе разберутся в тебе и выгонят.

Следователь смотрел сердито, даже зло. Лева сначала растерялся, взяв себя в руки, ответил:

— Без рекомендаций обойдусь, уважаемый Николай Тимофеевич. Я по делу вам больше не нужен?

— Вы мне такой и по делу и без дела не нужны, — переходя на «вы», сказал следователь. — Сейчас возьмете Кунина, понятых и выедете с ними к Кунину домой. Изымите у него пиджак, в котором он был в тот вечер, и найдите подкову. Он забросил ее где-то неподалеку от своего дома. Вы мне данную подкову найдите обязательно.

— Постараюсь, Николай Тимофеевич, — Лева кивнул и отошел.

Следователь извлек свой знаменитый платок, вытер лицо и шею, тяжело шаркая, вернулся к столу. Рогозин закончил читать, уже не смотрел на Кунина, встал.

— Я его, мерзавца, тогда в сбруйной попонкой прикрыл, чтобы не видали пьяного. Убийцу вроде спрятал.