Бог Ярости

Мои ноги останавливаются, когда я не обнаруживаю Николая, ожидающего меня. Обычно он отжимается, бьет кулаками по воздуху или мечется по комнате, как лев в клетке.

Хотя он говорил, что примет душ во второй ванной по коридору. Может, он тоже долго моется.

Я надеваю его шорты и серую футболку и замираю, когда его одеколон заполняет мои ноздри. Пальцы сжимают ткань, и я подношу ее к носу, чтобы сделать долгий вдох.

По какой-то причине его богатый мужской аромат действует на меня успокаивающе.

Он действует на меня успокаивающе.

Я задерживаюсь в спальне и смотрю на кровать. До этого я заставил его помогать мне менять простыни, пока он ворчал по поводу моего ОКР, но теперь я не могу не думать о том, что останусь на ночь.

Что люди делают в таких ситуациях? Я никогда раньше не оставался ни с кем на ночь. Это просто не по мне.

Мне не нравится сама мысль о том, чтобы быть слишком близким с кем-то, позволить себе расслабиться.

Но, видимо, придется справляться ради Николая.

Я боюсь, что, когда он узнает меня, я покажусь ему отвратительным. Он увидит меня таким, каким я вижу себя в зеркале — черной дырой небытия.

Я хочу убежать и спрятаться, но это значит потерять его.

Поэтому я остаюсь.

Это самое меньшее, что я могу сделать.

Лучше молись, чтобы он наконец не увидел, что ты на самом деле не такой, каким кажешься.

Я стараюсь не обращать внимания на этот голос, когда выхожу из спальни. Может, пойти проверить, как он там, в душе?

Честно говоря, я не удивлюсь, если он будет бить кулаками по воздуху, как будто это его демоны. Я просто хочу убедиться, что с ним все в порядке, учитывая, что он засыпает в странных местах.

Мои шаги тихие, когда я иду по коридору и стучу в дверь ванной.

— Николай?

Нет ответа.

Я стучу снова.

— Все в порядке?

Тишина.

Я тяжело дышу, хватаясь за дверную ручку.

— Я вхожу.

Сердце едва не уходит в пятки, когда я вижу, что из ванны-джакузи вытекает вода, а Николай погружен в воду.

Нет, нет, нет…

Звон стоит в ушах, когда я бегу к нему, падаю на колени и опускаю руки в воду, чтобы схватить его за плечи.

Я должен был проверить его раньше. Если с ним что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу…

Его глаза открываются, он ухмыляется и говорит в воду, пуская пузыри, а затем поднимает голову.

Я падаю на задницу, воздух выходит из меня длинными рывками. Господи Иисусе. Почему мне кажется, что я только что умер и воскрес?

— Цветок лотоса? Что ты здесь делаешь? О! Хочешь присоединиться ко мне?

— Какого хрена… — я прервал себя и заговорил более спокойным тоном. — Почему ты был под водой?

— Медитировал.

— Медитировал?

— Да, — он ухмыляется. — Я могу задерживать дыхание более чем на четыре минуты.

— Позволь, я уточню. Ты медитируешь, задерживая дыхание под водой?

— Ага.