Бог Ярости

Брэн:Когда?

Николай:Сейчас.

Я жду, что он пришлет мне отговорку, чтобы мы встретились позже, когда он закончит играть в золотого мальчика и пообщается со своими друзьями. Но тут у меня загорается экран телефона.

Брэн:Я буду там через двадцать минут.

Николай:Выходи сейчас.

Брэн:?

Николай:Посмотри на улицу.

Его голова резко поднимается, а затем он смотрит на меня с очаровательным ошеломленным выражением лица. Я машу ему рукой, и он осматривается вокруг, прежде чем написать мне.

Брэн:Что ты здесь делаешь?

Николай:Выходи. Я в шлеме и полностью одет. Никто не узнает, что это я.

Брэн:Езжай первым. Я поеду за тобой на своей машине."

"Николай:У тебя есть две минуты, чтобы выйти, или я войду туда, и это будет некрасиво, потому что я обязательно сломаю той девушке руку за то, что она прикоснулась к тебе.

Брэн:Не надо. Сейчас выйду.

Он что-то бормочет пожилой женщине позади него и через несколько мгновений выбегает из здания. Я ожидал, что он будет паниковать из-за возможности быть замеченным со мной на людях, но он, похоже, скорее рассердился, чем запаниковал.

Интересно.

Мой взгляд продолжает отслеживать его движения, когда он приближается ко мне, и черт возьми.

Мне не хватало возможности видеть его вблизи в его элегантных рубашках и брюках, когда он выглядит таким горячим и подтянутым. Хотя часть меня хотела, чтобы он был немного потрепанным, как я все это время.

Но опять же, Брэн всегда был олицетворением совершенства. Он обращается с собой со строгой дисциплиной и невротическим контролем. Он такой, какой есть. Поэтому даже разваленный на части, все равно умудряется выглядеть собранным.

Я всегда думал, что это выработанный им защитный механизм, но против чего, я не знаю. Потому что он замкнутый засранец и все такое.

Как только он останавливается, то некоторое время смотрит не меня, хотя ничего и не видит.

Выбрасывая нетронутый стакан кофе, я передаю ему запасной шлем, и он надевает его так, что видны только его глаза. Они напряжены и чертовски злые, но я чувствую в них что-то еще. Похоть такую же неистовую, как и моя. Тоску, почти совпадающую с моей.

Почти.

— Что, черт возьми, ты здесь делаешь? Ты сталкер? — выплевывает он.

— Может быть.

— Ты мог бы просто попросить меня прийти.

— И ты бы пришел?

— Сейчас я здесь, не так ли? — он испускает долгий вздох. — Давай уже просто уедем.

— Запрыгивай.

Я перекидываю ногу через сиденье и завожу двигатель, а Брэн забирается позади меня и хватается за спинку сиденья, чтобы удержать равновесие. Так же, как он сделал это в первый раз, когда ехал на моем байке, что по совпадению было первым и единственным разом, когда кто-либо садился на мой Харлей.