Ярче солнца

После последнего поцелуя он несколько часов испытывал головокружение и ноющую боль от неудовлетворенного желания.

Что касается остальных пунктов, то они неосуществимы в настоящий момент. Было уже слишком поздно, чтобы идти в оранжерею за цветами. И конечно же, слишком холодно, чтобы заняться плаванием. Для пополнения гардероба надо ехать в Лондон, а чтобы делать Элли комплименты по поводу ее деловой хватки, нужно иметь шанс эту хватку оценить. Элли слишком умна и сразу распознает фальшивый комплимент.

Ничего другого, кроме поцелуя, не остается, подумал Чарлз.

Глава 7

Элли оглядела свою новую спальню, размышляя о том, удастся ли превратить эту чужую комнату в нечто близкое ей по духу. Все в спальне кричало о богатстве. Старинном богатстве Вряд ли здесь можно было найти предмет мебели, которому менее двухсот лет. Комната была отделана в витиеватом и претенциозном стиле, и Элли чувствовала себя дома не в большей степени, чем если бы она оказалась в Виндзорском дворце.

Элли открыла чемодан, чтобы достать какие-нибудь безделушки, которые сделали бы комнату более домашней и уютной. Она вынула миниатюрный портрет матери. Это будет хорошим началом. Элли подошла к туалетному столику и поставила портрет, повернув его таким образом, чтобы уберечь от прямых солнечных лучей.

– Ну вот, - тихонько сказала Элли. - Ты здесь очень хорошо смотришься. Не обращай внимания на этих мрачных старух, которые уставились на тебя.

Элли подняла глаза вверх, на стены, увешанные портретами прежних графинь, на лицах которых не отражалось особого дружелюбия.

– Вы завтра же спуститесь вниз, - пробормотала Элли, нисколько не смущаясь тем, что разговаривает со стенами. - А если удастся, то и сегодня.

Она вернулась к чемодану и принялась перебирать вещи в поисках еще какого-нибудь предмета, способного привнести в спальню немного тепла. От этого занятия ее отвлек стук в дверь.

Биллингтон. Это, должно быть, он. Сестра говорила ей, что слуги никогда не стучат.

Сглотнув, Элли громко сказала:

– Входите!

Дверь отворилась, и на пороге появился ее муж, пребывающий в этом качестве менее суток. Он был одет по-домашнему, без сюртука. Элли поймала себя на том, что не может отвести глаз от треугольника тела, видневшегося в распахнутом вороте белоснежной рубашки.

– Добрый вечер! - поприветствовал он.

Элли заставила себя перевести взгляд на его лицо.

– Добрый вечер! - Ее приветствие прозвучало так, словно на нее совершенно не действовала близость Чарлза. К сожалению, у нее было такое чувство, что его не обманули ни ее бодрый голос, ни ясная улыбка.

– Устроилась? - спросил Чарлз.

– Да, все в порядке. - Она вздохнула. - Хотя и не совсем.

Он вопросительно вскинул брови.

– Эта комната ошеломляет и пугает, - объяснила Элли.