Ярче солнца

- Элли вроде бы и не хотела делать акцент на словах ""только что поженились"", однако в то же время нужно было дать понять, что ей требуется отнюдь не теплая ночная рубашка.

Миссис Смитсон понимающе кивнула, и Элли стало ясно, что она может рассчитывать на такое белье, в котором будет некая изюминка. Конечно, сама бы она такое не выбрала. Но поскольку у нее не было опыта в искусстве обольщения, Элли решила, что это к лучшему.

Через неделю руки у Элли почти совсем зажили. Кожа на них оставалась еще уязвимой, но, во всяком случае, Элли не ощущала боли при каждом неосторожном движении. Наступило время, когда она должна вручить Чарлзу обещанный подарок.

Элли страшно трусила. Правда, волны ужаса сменялись порой сладостным волнением, но все же чувство страха было сильнее.

Объяснялось это тем, что в качестве подарка по случаю дня рождения Чарлза она решила преподнести себя. Она хотела, чтобы их брак стал подлинным союзом ума, души и… - она даже задохнулась при этой мысли - и тела.

Миссис Смитсон с блеском выполнила свое обещание. Глядя на свое отражение в зеркале, Элли с трудом узнавала себя. Ночная рубашка сделана из тончайшего бледно-зеленого шелка. Декольте оказалось достаточно скромным, но все остальное - даже более пикантным, чем Элли могла вообразить. Это были два куска шелка, состроченные лишь в плечах и соединенные двумя кокетливыми бантиками на талии. Они ничуть не скрывали длину ее ног или изгибы бедер.

Элли почувствовала себя голой и с радостью накинула гармонирующий по цвету пеньюар. Ее била дрожь - отчасти потому, что ночной воздух был прохладным, отчасти же потому, что она слышала доносившиеся из спальни шаги Чарлза. Обычно он заходил к ней перед сном, чтобы пожелать доброй ночи. Однако сейчас можно сойти с ума, если сидеть и дожидаться его. Тем более что она вообще не отличалась большим терпением.

Сделав несколько глубоких вдохов, она подняла руку и постучала в дверь.

Чарлз замер, не успев снять сюртук. Элли никогда не стучалась в дверь, которая соединяла их спальни. Он всегда сам навещал жену в ее спальне. И потом - разве у нее настолько зажили руки, чтобы стучать по дереву? Правда, ожогов на суставах вроде бы не было, но все-таки…

Он сбросил сюртук на оттоманку и поспешил к двери. Он не хотел, чтобы Элли поворачивала ручку, поэтому, вместо того чтобы сказать ""Войдите!"", сам распахнул дверь.

И едва не упал в обморок.

– Элли? - сдавленным голосом спросил он. Она лишь улыбнулась.

– Во что это ты вырядилась?

– Я.., гм.., это часть моего приданого.

– У тебя нет приданого.

– Я подумала, что могу его заказать. Чарлз прикинул, что может означать это заявление, и почувствовал, как у него заполыхала кожа.

– Можно мне войти?

– О да, разумеется! - Он отступил в сторону и позволил Элли пройти в комнату.