Ярче солнца

Он был глупцом, полагая, что, после того как увидит ее, эротическая игра его воображения прекратится. Реальность оказалась гораздо изысканнее. Он усомнился в том, что впредь сможет начать свой рабочий день, не нарисовав себе в уме столь обольстительную картину. Такую, какую видел сейчас.

Он нагнулся и запечатлел самый нежный, на какой только был способен, поцелуй на груди.

– Ты прекрасна, - прошептал он. Элли, которую никогда не называли уродливой, но и не слагали од ее красоте, ничего не сказала. Чарлз поцеловал другую грудь.

– Чарлз, я знаю, я не…

– Ты можешь только соглашаться со мной, ничего другого говорить не смей, - строго сказал он.

Элли невольно улыбнулась.

А затем, как раз в тот момент, когда она хотела сказать что-то такое, чтобы поддразнить его, его рот отыскал сосок и накрыл его. Элли потеряла контроль над собой, а новые незнакомые ощущения лишили ее не только дара речи, но и способности думать.

Да она и не делала к этому попыток. Она лишь выгнула спину, прижимаясь грудью ко рту Чарлза.

– Ты гораздо лучше, чем я думал, - пробормотал он, - лучше, чем я себе представлял. - Он приподнял голову и шаловливо улыбнулся. - А ведь у меня хорошее воображение.

Она снова не могла сдержать нежной улыбки, тронутая тем, что Чарлз пытается сделать все, чтобы их первый опыт интимных ласк не ошеломил и не напугал ее. Впрочем, это не совсем так. Он определенно хочет, чтобы она ощутила воздействие ласк на каждый нерв ее тела и чтобы в то же время с ее лица не сходила улыбка.

Он был более деликатным человеком, чем хотел видеть себя в представлении других людей. Элли почти физически ощущала, как тепло и доброта исходят из его сердца, и подумала, не является ли это первым проявлением любви.

Охваченная новыми эмоциями, она подняла руки и погрузила пальцы в густые золотисто-каштановые волосы. Они слегка вились. Элли повернула его голову таким образом, чтобы волосы касались ее щеки.

Чарлз на несколько мгновений застыл, затем слегка приподнялся, чтобы видеть ее.

– Боже мой, Элли, - прерывающимся голосом проговорил он. - Как же я хочу тебя! Ты не можешь себе представить!

Она почувствовала такую искренность в его голосе, что глаза ее наполнились слезами.

– Чарлз, - начала Элли и замолчала. Студеный ветер обдал ее обнаженное тело, и по нему пробежала дрожь.

– Ты замерзла! - воскликнул Чарлз.

– Нет, - солгала она, не желая, чтобы что-то, даже погода, нарушало красоту этого момента.

– Нет, тебе холодно! - Он скатился с нее и начал застегивать платье. - Я животное! - пробормотал он. - Соблазняю тебя в первый раз на холоде! Повалив на траву.

Он поднял лицо. В его карих глазах сверкнули искорки, которых она раньше никогда не замечала. В них светились страсть, ярость и решимость.