Японская война. 1904

Мне кажется, это из-за того, что вахмистр простыл и с заложенным носом не осознавал всех особенностей наших попутчиков.

Впрочем, шучу, на самом деле я тоже нервничаю из-за того, сколько нас теперь. Корейцы набились в трюм, на нижнюю и верхнюю палубу, забив своими телами и скромными пожитками все что только можно. Большинство стояли, места, чтобы присесть не было даже для женщин или детей. Действительно, словно на корабле работорговцев. К счастью, плыть нам не так уж и долго.

– Согласен, ситуация не самая приятная. Для всех из нас, – добавил я, – но нам нужны рабочие руки, чтобы успеть укрепить позиции на Ялу. Все, кого мы взяли, согласились отработать поездку, так что это не столько благотворительность, сколько честная сделка.

– А мне интересно, почему они вам так легко поверили, – добавил Врангель. – Все же знают, что азиаты всегда себе на уме, а тут готовы сорваться с места со случайным человеком.

– Мне кажется, это потому, что они увидели, как мы защищаем своих гражданских, – предположил Буденный.

– Или потому, что мы победили столько японцев, – поручик Славский уже успел немного отдохнуть и мечтал о новых подвигах.

– Или среди них есть японец, который решил обеспечить себе легенду и пробраться к нам в тыл, – Врангель не собирался отказываться от своих подозрений.

Впрочем, он зря волнуется. Все равно корейцев без присмотра мы не оставим, так что передать что-либо ценное своим у них не получится… В этот момент Юбин замахал руками, показывая, что нужно будет опять сделать крюк от берега, и я передал приказ стоящему на руле ефрейтору Жиркову. Поворот получился довольно резким, но корабль неплохо держал волну, так что обошлось без последствий. Вот только я все равно решил не отвлекаться и дальше до самого вечера не отходил от мостика «Императрицы Цы Си». Да, именно так я решил назвать этот корабль, что мог снова вернуться на родную китайскую землю. И теперь два иероглифа, неровно выведенные белой краской, красовались на нашем правом борту.

Шли мы не очень быстро – приборы показывали около десяти узлов, что примерно равнялось 18 километрам в час. Дальше несложная математика: от Нампо до Ялу с учетом поворотов береговой линии около двухсот километров. Дольше, чем по суше, но корабль не нуждался в отдыхе. Единственное, я решил не рисковать, и пару самых темных часов мы провели стоя на якоре в одной из небольших диких бухт. А чуть рассвело – снова вперед, и где-то к полудню мы дошли до устья Ялу.

Здесь уже Юбин ничем не мог помочь – как он рассказал, в Ялу-Цзян много песка, поэтому отмели постоянно переезжают с места на место. Но нам это было совсем не важно, я просто нацелил нос «Цы Си» вперед, завернул к левому берегу, ну, а когда мы все-таки сели на мель, скомандовал высадку.