Японская война. 1904

Знаешь, сколько людей выжило из-за того, что они не испугались, а сразу же дотащили кого можно до госпиталя?

– Много, – капитан почесал затылок, а потом улыбнулся. – И ведь точно. Сейчас-то в нестроевых много добровольцев, кого до обычных солдат не допустили, но желание-то дело делать никуда не пропало. Вовремя вы об этом подумали, Вячеслав Григорьевич! А то ведь увидели бы, что на них внимание не обращают, не ждут ничего, и пропала бы искра. Но теперь-то нет, никуда не денутся, сделаем мы из них настоящих вояк.

Хорунженков ничуть не стеснялся идущих рядом солдат, говорил во весь голос, но никого его слова не смущали. Наоборот, народ начал посмеиваться, радуясь, что какой-то Васька теперь не сможет спать до обеда, а Порфирий Петрович поймет, в чем разница между его книжками и реальной жизнью. Офицеры, солдаты, нестроевые – если все будем работать как один, то точно с любыми проблемами справимся!"

"Я дошел до расположения полка в хорошем настроении, и этим тут же воспользовался подполковник Мелехов, предложив провести вечер в офицерском собрании. По слухам, которыми он со мной доверительно поделился, сегодня в Ляоян прибывала новая миссия Красного креста, и генерал Куропаткин согласился выделить шампанское из собственных запасов, чтобы поддержать настрой своих офицеров.

– Мы – одна из немногих частей, что уже сражались, – Павел Анастасович гордо подкрутил ус. – Надо напомнить о себе.

– Может быть, наконец, пополнение дадут, – задумался я.

– Или пушек дадут, – замечтался Афанасьев.

– Или просто дадут, – фыркнул Шереметев. – Не ждите слишком многого от приема, который проводят не из чувства прекрасного, а из долга. На таких не бывает чудес, и никакая княжна Гагарина, ни даже ее жалкая копия из какого-то местного городка не снизойдут до нас, чтобы скрасить компанию. Их уровень – генерал-майоры, не меньше. А наш – Кабанихи, которые приехали на войну, как на охоту, чтобы напоить и спеленать себе будущего мужа…

Подполковник еще долго рассуждал, закончив речь очередным упоминанием княжны Гагариной. Даже стало интересно, что это за дама такая, раз ей столько внимания… Впрочем, все эти метания не помешали Шереметеву сбегать за парадным мундиром и первому как главному старожилу и столичному франту повести нас на прием.

* * *В мае в Маньчжурии вечера уже теплые, так что собрание решили провести не в помещении, а на открытом воздухе. Просто подготовили площадку, поставили шатры, и в целом вышло довольно мило. Без лишнего пафоса, но как напоминание о том, что может получить каждый, дослужившись хотя бы до капитана. Я про дворянство: за капитана – личное, за полковника – уже потомственное. Этот социальный лифт работал уже больше века: не идеально, со скрипом, но работал.