Японская война 1904. Книга третья

— Вам придется сейчас же его отпустить и принести извинения.

Лосьев заметил, как полковник Пикар бросил недовольный взгляд на своего спутника — кажется, все происходящее было именно его инициативой — но потом не менее жестко развел руками.

— Прошу прощения, но ваш солдат подозревается в шпионаже против Третьей республики, а великий князь Сергей Александрович недвусмысленно дал нам право защищать себя в подобных ситуациях.

Лосьев сглотнул: кто-то другой после упоминания такого имени уже бы отступился, но точно не их командир! А еще… Взгляд молодого штабиста невольно отметил усмешку на губах стоящего чуть в стороне Витте. Словно его-то ситуация полностью устраивала и… Лосьев невольно задумался, а кто именно так сильно настроил Сергея Александровича против Макарова, кто постоянно подталкивает вперед великого князя в ситуации, в которой он не разбирается, заставляя совершать ошибку за ошибкой? Подобная комбинация, если вспомнить некоторые из гуляющих по столице слухов, была бы вполне в духе министра финансов.

А тем временем дуэль взглядов между Макаровым и Пикаром продолжалась.

— И какие же у вас есть доказательства вины моего солдата? — Вячеслав Григорьевич все-таки первым сдал назад, и Лосьев даже сам не ожидал, какое разочарование ощутил в этот момент.

— Хм, — спутник Пикара усмехнулся.

— Ваш солдат, — сам же посланник предпочел вежливо сделать вид, что не заметил уступку, — является сотрудником разведывательного управления, он пытался пробраться ко мне в дом. Место, где хранится достаточно важных и секретных бумаг…

— Пробраться в дом, где вы проводите прием?

— Он проявлял интерес к помещениям, куда гости не допускаются.

— Значит, если бы ко мне в армию приехал бывший начальник разведки одной из соседних стран и проявлял бы интерес к военным тайнам русской армии, это тоже выглядело бы достаточно подозрительно, чтобы его арестовать? — неожиданно жестко ответил Макаров, и Лосьев выдохнул.

Не сдался генерал! Совсем не сдался — просто снова маневрирует, улучшая позиции перед атакой. Пусть и словесной.

— Это глупая шутка⁈ — не выдержал спутник Пикара.

— Кажется, министр колоний Думерг уж слишком живо представил, как их задержат, — тихо фыркнул Кутайсов.

— Видимо, на землях он сам сдерживаться не привык, — согласился Брюммер.

— Макаров бы мог, — немного невпопад заметил Борецкий, и штабисты, с трудом спрятав улыбки, снова сосредоточились на пикировке командира с французами.

— Вы не забыли, что Третья республика — это союзник России? — сам Пикар еще старался говорить спокойно, хотя и его глаза уже недобро сощурились.

— А вы не забыли о том же самом, поднимая руку на солдата своего союзника? — Макаров продолжал давить. — Я всего лишь готов вернуть вам то, что вы делаете сами.