Японская война 1904. Книга четвертая

Ну как можно жить в этой стране без крепкой руки, когда единственный вопрос, который возникает при обсуждении верности одного из высших сановников империи, это даже не «продался ли он», а «кому»? Если так пойдет, то ведь и до уровня Порты можно будет очень быстро скатиться… Нет, не зря он начал прибирать к своим рукам восток империи, собирая там верных именно ему людей.

— В этом-то и дело, — тем временем Коковцов начал отвечать Михаилу, — вы смотрите на мир как на противостояние территорий, мы же с Сергеем Юльевичем больше обращаем внимание на противостояние капиталов. И тут все выглядит немного по-другому. Например, если смотреть на глобус, то у нас почти нет противоречий с Францией, зато полно их с Германией. Если же отставить в сторону этот устаревший подход, то ситуация получится другой. Есть страны вроде нас или Германии, которые верят в реальные товары и хотят что-то создавать. Когда-то такой была Англия, но сейчас она, Франция и частично Соединенные Штаты превратились в экономики нового типа, где деньги — это не средство оплаты, а просто еще один товар, который можно и нужно продавать.

— То есть в этом разрезе мы с ними, считай, экзистенциальные враги, — задумался Михаил.

Николай предпочел ничего не говорить. Еще недавно он планировал рассказать о последнем отчете Плеве: тот нашел в Ляояне зверски убитую группу иностранцев, руководил которыми один старый знакомый Вячеслава Константиновича. Знакомый по Берлину. И вот теперь Николаю нужно было решать: стоит ли раскручивать маховик скандала или же, с учетом откровений Коковцова, лучше немного подождать. Например, чтобы лично поговорить с Вильгельмом… И теперь-то тот не откажется от сделки!

— Кстати, Владимир Николаевич, — Михаил продолжил расспрашивать Коковцова. — А что вы думаете про восходящую звезду генерала Макарова? Сначала он вроде бы неплохо себя проявил, вытащил тех пленников из Кореи, но потом… Самостоятельный рейд к Квантуну, когда он мог оказать помощь Порт-Артуру, но сбежал назад, лишь вымотав своих солдат. Или та непонятная ситуация под Ляояном. Да, он отбросил японцев, но опять же изначально они прорвались именно по границе его позиций. А те странные маневры на землях Китая? Повезло, что западные державы быстро забыли про эту оплошность, не став втаптывать нас в грязь, но… Это только из-за репутации Ники на мировой арене!

— Прошу прощения, — Коковцов снова вздохнул. — Лично я слышал все эти новости немного по-другому. Рывок к Квантуну смешал сроки наступления японцев по всем направлениям и увеличил объемы внутреннего займа почти на 12 процентов. Так же не буду касаться военной составляющей под Ляояном, но после него Макаров переформировал и снарядил 2-й Сибирский почти полностью за свой счет.