Японская война 1904. Книга четвертая

— Как говорит генерал, это база, чтобы поступить на наши броневики, и я, — Славский широко улыбнулся, — предлагаю вам написать прошение о переводе. Сделать это или нет, решать вам, но мы точно будем вам рады.

Вот так и поговорили. После этого Тюрин с Дроздовским вернулись к своим, выбили японцев, а потом весь вечер рассказывали всей 19-й роте о новых русских машинах. Какие они на самом деле, в чем их сила, в чем слабость, и почему без пехоты даже самый мощный броневик не более чем просто большая и толстая мишень. Раньше фельдфебель этого не понимал, но теперь, побывав внутри, постояв у узкой бойницы и послушав, как дрожит сталь, он осознал то самое, ради чего генерал Макаров все это устроил…

— Михаил Гордеевич, а что вы думаете насчет этого предложения? — спросил Тюрин, уже когда все начали расходиться.

— Я думаю, — тот говорил медленно, — что нет менее или более важных отрядов, только вместе броня и пехота становятся силой.

— Значит, остаетесь, — Тюрин сжал кулаки.

— А еще я думаю, — продолжил Дроздовский, — что Макарову на самом деле нужны офицеры для его машин. Гораздо больше, чем есть сейчас. И тогда… Пехотных офицеров в России достаточно, тем более многие за эту войну уже заслужили повышение, а вот…

— А мы пойдем туда, где нужнее, — понял все Тюрин.

И это на самом деле было правильно.

* * *Щурюсь на солнце и ежусь от ветра. Странная погода порой в Маньчжурии — то ли холодно, то ли тепло, не поймешь.

— Ваше превосходительство, — рядом со мной сидит Огинский. — Идет!

У него полно дел, да и у меня не меньше, но ради такой встречи пришлось отвлечься. Более того, пришлось даже бросить все и приехать в Инкоу, а то не приглашать же японского князя осматривать наши позиции прямо на линии столкновения. А тут… Пусть смотрит! Потопленные корабли собственного флота всегда настраивают на правильный переговорный лад.

Английский корабль, который князь Ито выбрал для того, чтобы добраться от Пекина до Инкоу, тоже выглядел как послание. Кажется, мы еще не встретились, а разговор уже начался — мило. Я посидел на балконе с видом на бухту еще десять минут и только когда корабль с нашим гостем подошел к причалу, двинулся ему навстречу. Разговор по договоренности пройдет без особых удобств, но и без лишнего урона для статуса каждого из нас.

— Он тоже не спешил, — Огинский оценил, что Ито показался на краю корабля только когда ему доложили о нашем появлении.

В подготовленный для разговора шатер мы также зашли одновременно. С одной стороны мы с Огинским, с другой — князь и незнакомый офицер. Впрочем, почему незнакомый? Знаки 2-го отдела Генерального штаба Японии, погоны полковника… Кажется, я встретил коллегу Ванновского и Жилинского, Акимото Канэюки.