Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Юноша сел ровно и произнес:

— Ой, мамочки, неужели пока я спал, небо и земля поменялись местами!

Ли Юнь резко замолчал, и между всеми присутствующими повисла неловкая пауза.  Лужа невольно повернулась к ним и сказала:

— Старший брат, ты сменил веер? Но он же сломан, он не так хорош, как предыдущий.

Стоило ей только упомянуть об этом, как все обнаружили, что бамбуковый веер в руках Янь Чжэнмина действительно изменился. С годами украшавшая ручку кожа стала красновато-коричневой, и по углам появились трещинки. Это совсем не добавляло ему изящества.

Ли Юнь взял бамбуковый веер обеими руками и осторожно раскрыл его. Разворот был украшен лишь парой отдельных штрихов, по виду напоминавших гору. Но лицевая сторона была пуста. Лишь в углу можно было разглядеть выцветшую печать, отдаленно напоминавшую слово «Фуяо».

Достаточно было лишь мельком взглянуть на эти символы, чтобы понять, что они были оставлены навершием печати главы клана.

Ли Юнь вздохнул.

— Это… это реликвия нашего клана. Сестрица, ты ведь уже взрослая барышня, ты должна читать серьезные книги, но у тебя до сих пор нет никакого представления о туши5. Ты только и знаешь, что целыми днями летать и втыкать в волосы куриные перья… О, я умираю от тоски. Старший брат, где ты его взял? Может, попробуем капнуть на нее твоей кровью? Кто знает, вдруг у этой реликвии есть душа.

5 胸无点墨 (xiōngwúdiǎnmò) — не иметь никакого представления о туши (обр. никогда ничему не учился, неуч, невежда).

Янь Чжэнмин вкратце описал то, что произошло с ним и Чэн Цянем у Башни отсутствия сожалений. После чего вытащил из рукава небольшую коробочку и какую-то старую книгу.

Передав коробочку Луже, он сказал:

— Эта демоническая пилюля передавалась из поколения в поколение. Король демонов прожил три тысячи шестьсот лет, после чего упокоился с миром. Эта вещь безупречна. Запечатанная в ней сила может передаваться по наследству. Мир демонов издревле терзали междоусобицы, но король оставался неизменным. Это последняя из таких пилюль, и клану Фуяо удалось сохранить ее. Береги ее и не пытайся тайком съесть. В ней заключен опыт более трех тысяч лет совершенствования. Ты все еще растешь, возможно, сейчас ты не сможешь этого вынести.

Лужа была в полном замешательстве. Ее широко распахнутые глаза грозились встретиться с бровями. Она напоминала скупого бедняка, увидевшего комнату, полную золотых слитков. Девочка почтительно поклонилась. В мечтах она давно уже стала всемогущим Небесным Чудовищем. Заикаясь, она произнесла:

— Старший брат, даже имея глаза я не смогла разглядеть Тайшань6. Твой веер такой красивый. Такой красивый, что я, кажется, опьянела!

6 有眼不识泰山 (yǒuyǎn bùshí tàishān) — иметь глаза и не разглядеть горы Тайшань (обр. не оказать должного уважения; не понять, с кем имеешь дело; ср.