Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

В конце концов, амулеты являлись корнем магических инструментов, а магические инструменты — самым непосредственным влиянием самосовершенствования на обычных людей.

Хань Юань подошел ближе и откровенно спросил:

— Второй старший брат, что такое «всемогущее существо»?

Ли Юнь усмехнулся ему и сказал:

— Кто в наши дни на земле осмелится назвать себя всемогущим? Истинные всемогущие существа уже вознеслись на небо.

О первом старшем брате у Хань Юаня сложилось не самое лучшее впечатление, но он также знал, что не может позволить себе провоцировать его. Вдобавок ко всему, маленький нищий не обладал такой высокой самооценкой, как у Чэн Цяня, и не был похож на человека, способного затаить глубокую обиду. Горсти конфет из кедрового ореха вполне хватило, чтобы заставить его с улыбкой отказаться от своей ненависти.

С восхищением наблюдая за расслабленной фигурой Янь Чжэнмина, он спросил Ли Юня:

— Старший брат, когда мы сможем этому научиться?

— Уж точно не сейчас, — Ли Юнь махнул рукой и сказал с притворным сожалением. — Чтобы научиться творить заклинания, ты должен сначала почувствовать энергию. Не спрашивай меня, что такое энергия, я тоже не знаю. По словам мастера, это таинственная способность, позволяющая человеку общаться с небом и землей… Но вы вскоре и сами поймете, что его слова нельзя воспринимать слишком серьезно. Большинство его речей заумны и не имеют смысла.

Злой скривленный рот Ли Юня делал его похожим на вечно улыбающегося человека. Но когда он действительно улыбался, то выглядел еще более злобным. Он намеренно сделал паузу и нахмурился, говоря:

— Однако из-за невезения или отсутствия таланта некоторые люди могут так никогда ничего и не почувствовать.

Услышав это, Хань Юань невольно напрягся и выпрямился:

— Очень жаль.

— Конечно, жаль, — сказал Ли Юнь. — Без ощущения энергии мы не сможем ничего сделать, кроме как поддерживать форму, насколько бы искусны в фехтовании ни были.

Начнем с того, что Чэн Цянь не принял слова Ли Юня близко к сердцу. Он пришел к выводу, что Янь Чжэнмин — всего лишь пустышка. Даже если он мог почувствовать энергию после семи или восьми лет растраты, он мог с тем же успехом отказаться от пути совершенствования и вернуться домой, заняться фермерством или торговлей. Или, если не сможет справиться даже с этим, стать наложницей.

Но в этот момент Чэн Цянь уловил подвох в чужих словах. Обернувшись и глядя прямо на Ли Юня, он лениво спросил:

— Второй старший брат, ты говоришь так, будто уже знаешь метод пробуждения энергии, верно?

Ли Юнь улыбнулся ему и прищурился. Вместо ответа он многозначительно посмотрел на Чэн Цяня.

Но Чэн Цянь не попался на крючок. Он равнодушно ответил:

— Это потрясающе. Пусть старший брат получит то, что хочет.