Посох двуликого Януса

Поцелуй, платочек, улыбки три-четыре,

И – один я снова. К отплытию сигнал."

"Наяна все-таки не выдержала, губы задрожали и скривились. Да что это с ней, в самом деле!

Бочаров заметил и остановился.

– Все-все, больше не буду, – торопливо проговорил он. – Вижу, тебя расстраивают разговоры о несостоявшейся любви. Давай я прочту что-нибудь более оптимистичное.

Он задумался на несколько мгновений, улыбнулся.

– Вот это стихотворение Яна Скацела, послушай:

Мне нравится, не знаю почему,

Что дождь прошел сегодня на рассвете,

Что капельки прозрачные вот эти

Повисли на окошке у меня.

– Это же прекрасно, что человек может радоваться таким вот мелочам. И самое главное – он умеет их видеть, замечать. Правда?

Разговор вошел в более спокойное русло, Бочаров продолжал рассказывать о творчестве поэтов, цитировал их стихи, большей частью все-таки грустные, но Наяне больше не хотелось заплакать. Она слушала, охваченная незнакомым ощущением одновременно восторга и покоя. Такого она не испытывала никогда в жизни. Она не замечала, как бежит время, и ужасно удивилась, когда засветились стекла лежащего на столе невыключенного визора. Ей понадобилось целых несколько секунд, чтобы сообразить, что это значит: из внутренней сети Центра пришло сообщение о результатах тестирования. Господи, она обо всем забыла, даже об Анне Витальевне!

Наяна торопливо схватила визор, прочитала сообщение. Ура! С тестом все в порядке, Анна Витальевна показала на испытаниях отличный результат.

– Надо идти, – с сожалением сказала Наяна. – Нам положено лично сообщать студенту результат и поздравлять.

Бочаров с готовностью поднялся.

– Конечно, идем.

Они вышли из кофейни и двинулись в сторону Центра.

– Волновалась за студентку? – спросил он.

– Сначала волновалась, а потом про все забыла, заслушалась, – честно ответила Наяна. – Только тогда и спохватилась, когда пришло сообщение.

– И что почувствовала, когда поняла, что заболталась и забыла о работе?

– Н-не знаю… Сначала удивилась, потом стало смешно и… еще как-то…

Она не могла сформулировать и мучительно искала слова.

– Может быть, ты чувствовала вину? – негромко подсказал Бочаров. – Вину за то, что забыла беспокоиться и слушала стихи про любовь?

Наяна остановилась в изумлении. Именно это она и почувствовала, пусть всего на мгновение.

– Как вы догадались?

– Мы с тобой так много разговариваем, что я примерно представляю, как ты мыслишь и как чувствуешь. Я на тебя настроился. Человек твоего эмоционального склада должен в такой ситуации почувствовать укол вины. Совсем легкий, едва ощутимый. Я прав?

И снова Наяна подумала о Юбере.