Янтарь

Иногда создавалось ощущение, что этот Бер в принципе не способен ничего чувствовать…

— Да, отец. Именно это и предлагаю.

— Дело не в доверии, Туман.

— Пропал в числе первых, — проговорил Штиль, на что Карат язвительно дернул черной бровью:

Эту «палочку» было тяжело не заметить!

Холодный пот выступил на моем теле от мысли о том, что же могли творить с пойманными Берами и людьми, которые даже не подозревали о происходящем!

— Я Бер Ледяной, единственный истинный правитель рода Полярных, который бросил свой народ и пришел в ваши вшивые земли, чтобы спасти вас! — порычал Отец еще более громко и резко, отчего Гром выпучил глаза и пошатнулся, отступая на шаг назад, и глядя на седовласого огромного отца прищурившись и словно не веря тому, что услышал, — С Бором мы были не просто друзьями, мы прошли через такое, что твоей волосатой голове, и в страшных снах не могло привидеться!

Было жуткое непередаваемое ощущение, что петля вокруг нас затягивалась….

— Все будет хорошо, Малинка! Ничего не бойся!

— Я сама! — взизгнула я, отпрыгивая от мужчины, который развернулся ко мне, останавливаясь и возвышаясь больше, чем на полторы головы, но глядя как всегда облизывающее и так по доброму лукаво, словно сами лучики яркого солнца переливались в его глазах.

Как бы он не прислушивался к себе, а больше не мог найти обратной связи, которая соединяла его с кровными родственниками особой золотой нитью. тянущейся всю жизнь…до смерти.

Прошла ровно неделя с того момента, как я рассказала о том, что могу предположительно знать, где может жить последний из сыновей Короля рода Бурых и мы отправились на его поиски маленькой неприметной группой во главе с Янтарем.

Надежда на то, что его отец и братья живы, и нить единой королевской крови рода Бурых приведете его к ним, и найдет свое спасение в бушующем океане подступающей боли и ужаса.

Блин блинский!!

А у Грома не было никого…

Мужчина усмехнулся снова, почему-то покачав головой и дернув неопределенно плечом.

— Переживаешь? — снова чуть повернулся ко мне Янтарь, на что я просто показала ему язык, начиная краснеть, потому что знала очень отчетливо, что я переживала за него от всего сердца, но хуже всего было то, что он это чувствовал и веселился от души!"

"Черные-черные пушистые ресницы этого мужчины опустились вниз, словно на секунду он задумался или прятал собственный взгляд, от которого бросало в дрожь.

— Разве не похоже? — язвительно, но хмуро поинтересовался Гром, глядя слишком нахально для того, кого могла бы интересовать судьба его рода, и я явственно ощутила, как в эту минуту напряглись все Беры, что стояли передо мной, явно собираясь уже спокойно идти домой, уверенные в том, что на «предложение» отца он точно не откажется.