Янтарь

Идти с нами вызвались два брата Гризли, убедив своего Короля, что из всей братии они самые спокойные и уравновешенные, к тому же всегда были рядом с Янтарем и поэтому в случае непредвиденных обстоятельств будут словно один слаженный механизм.

Не было в этом мире ничего более возбуждающего и восхитительного, чем истинная страсть настоящего зверя, скрывающегося в сексуальном большом теле, которое не знало покоя и усталости!

Я не обладала нюхом и силой настоящих Беров, но даже я смогла почувствовать запах бензина и какого-то машинного масла.

Глаза, в которых пылало горячее солнце, и переливался душистым медом расплавленный янтарь, полыхнули заигрывающее и как всегда восторженно, словно мой большой Бер никак не мог насытиться тем, что я была рядом, заставляя каждый раз покрываться румянцем от этого волшебного ощущения собственной значимости и нужности в его жизни.

Но теперь у меня была семья и моя поддержка с золотыми янтарными глазами, которые стали лекарством израненной душе и сердцу, когда впервые за долгое время я смогла дышать спокойно и ровно, не боясь смотреть вперед."

"— Ах, ну да, прости! Я забыл, что его морозное Высочество крайне обидчиво и немногословно в те моменты, когда что-то идет не по задуманному плану!

Когда мужчина ногой пододвинул к себе журнальный столик, пришлось вытягивать шею, чтобы увидеть, как он раскладывает какие-то фотографии на нем в определенном порядке.

— Я все проверил, — продолжил тем временем Штиль сосредоточенно, — Предпосылок для того, чтобы их грабили и убивали, не было. Месть, ревность, разборки на почве неприязни тоже отпадают. Ни следов преступления, ни тел обнаружено не было.

Они собственным примером научили и доказали, что важнее кровного родства — незыблемая вера друг в друга, когда твоим братом может стать даже тот, кого принято называть врагом.

Явно почувствовав мои душевные метания, Янтарь чуть обернулся ко мне, окинув своим взглядом, в котором словно переливалось расплавленное золото, глядя как всегда так тепло и обволакивающе, отчего меня тут же бросило в пот, особенно когда он протянул своим невероятно низким, рокочущим, но таким чертовски сексуальным голосом:

В доме и на земле Гризли нашли свой приют и малыши рода Бурых, и Кадьяки и Полярные, веря и помогая друг другу. как часто не помогают даже в кровной семье!

Это мучило меня изнутри, словно ядовитый червь, который проедал своими уродливыми клыками внутренности, отчего в животе становилось пусто и жутко до дрожи.

Большой зал уже смело можно было назвать комнатой для совещания, оттого, что именно здесь велись все самые серьезные разговоры и принимались важные решения.

Он был одного роста с Ледяным.