Ян (не) для Янки

Инстинктивно зажмуриваюсь и сжимаю кулаки, готовая дать отпор нахальным посягательствам на свою девичью честь, но тут же вздрагиваю от громкого хохота Филатова и ощутимого толчка.

– Твоя комната, глупышка! – издевается Саша, пока дверь плавно отъезжает назад. – Ночевать будешь здесь. Да и если захочешь, сможешь спрятаться от надоедливых мажоров и их подруг.

– А разве мы…,– никак не могу отойти от волнения и вспомнить, чтобы Филатов предупреждал о ночёвке.

– Нет, Даяна! – округляет глаза блондин, а потом хохочет с новой силой. – Предлагаю пока не спешить! Съехаться всегда успеем!

– Придурок! – бью кулаком в грудь парню и оборачиваюсь, чтобы осмотреться.

– Моя комната – напротив, если что, – подмигивает Филатов и бросает мою сумку на аккуратно застеленную кровать.

– Это лишняя информация, – улыбаюсь в ответ и подхожу к окну, занавешенному тонким тюлем.

– Ну, не скажи, – потягивается блондин и хочет уже выйти, но на пороге замирает. – Кстати, Даян, мы с тобой похожи намного больше, чем ты думаешь.

– О чём ты? – повернувшись к парню, ладонями упираюсь в подоконник за спиной.

– Сейчас! – Фил в два шага преодолевает расстояние между нами, замирая в считаных сантиметрах от меня, а потом начинает медленно раздеваться. Как прожжённый стриптизёр он плавно виляет бёдрами и неспешно стягивает с себя толстовку, а я сдуру начинаю визжать, пряча лицо в ладонях.

– Даян, Господи, откуда ты такая взялась? – заливается смехом несостоявшийся танцор. – Я просто хотел познакомить тебя с ним! Ну же, взгляни на меня!

Через силу раздвигаю пальцы и сквозь щёлочку одним глазом смотрю на Фила, готовая придушить шутника, но вместо этого тоже начинаю смеяться. Сняв с себя толстовку, Фил стоит передо мной в белоснежной футболке с огромным принтом Чебурашки во всю грудь и словами из той самой песенки, которую ещё недавно напевала себе под нос.

Филатов не обманул. Уже через несколько часов к деревенскому дому начинают съезжаться гости. К этому времени мы успеваем забить продуктами холодильник и очистить от листьев и грязи стол под навесом. Фил больше меня не смущает, хоть и продолжает отчаянно смешить, припоминая различные деревенские истории. Один рассказ об Аркаше чего стоит. Впрочем, легендарный житель деревни не заставляет себя долго ждать и, увешанный берёзовыми вениками, как леший какой-то, появляется на пороге дома.

Постепенно людей становится всё больше. Друзья, одногруппники… Саша спешит меня с каждым познакомить, но имена в голове постепенно превращаются в кашу. Лёша, Боря, Катя, Игнат, Жека, Ульяна – «только свои» растут как на дрожжах. Усердно прячу смущение и пытаюсь вести себя раскованно. Правда, это несложно.