Ян (не) для Янки

 – Даже если анализ не покажет родства между нами, я скован по рукам и ногам! Веришь?

– Да, – она беззвучно шевелит губами, а после отводит взгляд в сторону и спустя время засыпает на моей груди.

Дождь за окном перестаёт. Сияние фонарей и неоновых вывесок сменяется предрассветной дымкой. Умоляю стрелку часов бежать чуть медленнее, а сам жадно поедаю Даяну глазами. Наблюдаю, как трепетно вздрагивают её ресницы, как сонные губки складываются в сладкую «О» и позволяю пальцам утопать в шёлке её волос. А ближе к восьми аккуратно встаю, бережно укрыв спящую красавицу пледом, и, от руки черкнув записку, ухожу. Через несколько часов у меня свадьба!

Глава 28. Даяна"

"Ломаная вереница воспоминаний переплетается с нереальностью сновидений и постепенно разрушается терпким ароматом кофе. Бодрящим, ярким! Я открываю глаза и невольно улыбаюсь. Тёплый плед согревает тело, а бренчание посуды на кухне – душу. Наша с Яном ночь, немного странная, но такая глубокая и нежная, плавно переросла во что-то большее. В наше утро! Потягиваюсь, но не спешу вставать. Смотрю в окно, где робкие лучи октябрьского солнца прорываются сквозь низкие тучи и озаряют все вокруг яркими красками. Дождь закончился не только на улице, но и в моём сердце! Мне так легко и радостно, что хочется петь и беспрестанно улыбаться! Какая-то глупая вера в то, что теперь будет всё хорошо, заполняет собой каждую клеточку моего естества! Бросаю взгляд на фортепьяно, вспоминаю наши с Яном переплетённые пальцы, тихий шёпот, его «люблю» и впервые за долгие годы ощущаю себя счастливой! Теперь знаю: мы все преодолеем!

– Доброе утро! – кричу, скидывая плед. Сажусь на край дивана, втягиваю носом густой кофейный аромат и утопаю голыми пятками в шелковистом ворсе ковра.

«Если Ян здесь, со мной, если этим утром варит мне кофе, а не сдувает пылинки с Дианы, значит, он передумал! Верно?»

– Доброе! – доносится мужской голос с кухни, в один миг разбивая мои надежды вдребезги.

– Фил? – вскрикиваю удивлённо и резко вскакиваю на ноги. На кухне замечаю парня, в забавном переднике. Филатов, воображая себя шеф-поваром, жарит яичницу и помешивает в турке кофе.

– Находить тебя спящей на этом диване становится приятной традицией! – улыбается парень. – Кофе готов, омлет – на подходе! Ну, чего так смотришь, Даян?

Филатов стягивает фартук, а я сломя голову лечу к нему в объятия.

– Сашка! – шмыгаю носом. Видеть его здоровым до слёз радостно!

– Тише, тише, Стрекоза! – смеётся Филатов.