Яма (СИ)

— Она с ним… Она с ним охотно общается? Или он… пристает?

— Ну да, охотно, — в очередной раз стрельнув взглядом через зал, ответил Макс. — Улыбается, что-то рассказывает…

— Выйдем.

— Ну, куда опять? Холод собачий.

Поплелся следом, конечно. На крыльце уставился на Града.

— Там, внутри, мне показалось… — не решился закончить.

Вслух произносить побоялся. Лепить в одно предложение Града, девчонку и что-то вроде слова ""нравится"" язык не поворачивался. Хотя чувствовал, что-то такое между ними было.

Серега усмехнулся и сделал глубокую затяжку. Чуть закидывая голову, медленно выдохнул дым. Обратно усмехнулся.

— Тебе показалось.

Карп поежился, засовывая руки в карманы джинсов. Холод такой стоял, что ему и курить не хотелось.

— Как знаешь, — отозвался тихо.

Серегу от нее таращило в тот вечер, после парка. Карп отчетливо запомнил выплеснутое пьяным Градским признание: ""Кузя — сахарная плюшка. Кузю трогать нельзя. Видеть ее не хочу. Сучка"".

И не смотрел. Макс отметил, что сама Кузнецова в их сторону частенько поглядывает. Серега же данное себе слово держал.

[1] ППА- прерванный половой акт.

Глава 7

Приземлило ударом тока…

Начались настоящие игры в прятки. Теперь и она избегала смотреть в его сторону. Никаких вечеринок у Карпа. Из сто двенадцатой в двести пятую — по отдаленному лестничному пролету. Приятным бонусом послужил буфет: по пути забегала за кофе. С новым ритмом жизни и приходом первых суровых холодов он ей стал необходим.

Прошло два месяца учебы, а Доминика по-прежнему не имела представления, что с ней происходит. Почему банальная адаптация настолько затянулась? Нет, со стороны создавалось впечатление, что она заняла свое место в обществе. Вот только саму Нику не покидало ощущение, что она — это вовсе не она.

Из-за орущей в помещении музыки телефонный звонок удалось принять только благодаря виброрежиму.

— Ника, ну, ты где? Видела, который час? — сходу зарядила Аля.

— Я с ребятами в клубе, — хоть и кричала в динамик наушников, сама слабо слышала собственный голос.

Свернув в длинный коридор, отыскала глазами табличку дамской уборной.

— Кто тебя туда впустил? Они там совсем оборзели? Никаких законов не соблюдают?

Огляделась. Не обнаружила ни души. Даже дверцы всех кабинок оказались распахнутыми, что редкость для подобного рода заведений.

— Обыкновенно впустили. Паспорт даже не спрашивали. Наверное, я выгляжу достаточно взрослой, — придирчиво проинспектировала свое отражение в зеркале.

Короткое темно-синее платье с квадратным декольте сидело практически идеально. Бедра, конечно, выделялись, но сейчас она бы их широкими не назвала. И ноги, обтянутые тончайшим темным капроном, лично ей очень нравились.