Яма

– Дорогой Тесей, вы меня никогда не найдете, я невидимый, я бесплотный дух, – поддразнивал он яростно пыхтящего японца. – Если хотите от меня что-то узнать, давайте по-честному. Я отвечаю на ваш вопрос, вы – на мой. И так по очереди. Договорились? Спрашивайте о чем хотите.

– Где господин? – раздалось из трубки.

– Чтобы я ответил, мне нужно знать, кто ваш господин.

«Ах, мой милый Августин, всё прошло, все!»

– Фандорин!

– Фон Дорн? – удивился Минотавр. – А, вы тоже любитель пошутить. Ну, шутки за вопрос не считаются. Спрашивайте про что-нибудь существенное.

Тут пришлось переместиться, потому что японец под бравурные раскаты марша кинулся из Тромбонной в Диванную – дураку показалось, что голос звучит оттуда.

– Так на чем мы остановились? – спросил Минотавр минуту спустя, уже из Фортепианной. Заодно пробежался пальцами по клавишам старинного «Кристофори». Настроение было приподнятое, брамсовское. Снова взялся за гармонику.

– Где Эмма?

– Кто это? Судя по имени, дама. Опишите ее.

– Маленькая. Скуластая. Рыжеволосая.

– Не будьте кретином, я слепой.

– Эмма картавит. Голос хрипловатый. Хорошо поет.

– Английские баллады? Любит «Три ворона»? – догадался Минотавр. – Ну как же, как же. На этот вопрос я ответить могу.

– Где она, где?! – завопил японец.

– В Раю, я полагаю.

– Вы убили ее?!

Яростное престиссимо. Сорвался с места.

– Теперь моя очередь, – сказал Минотавр уже из Скрипичной, исполнив начало милой песенки «Май бонни» всё на той же гармонике. – Кто вас прислал? Которая из триад?

Не ответил. Взбеленился из-за «Эммы».

Побегали еще минут десять.

– Вам не надоело? – поинтересовался Минотавр. – Ладно, сдаюсь. Идите вперед, там за поворотом дверь. Входите, поговорим по-настоящему.

Не пошел в Геенну. Неглуп.

Другой вариант был скучный: подождать, пока забредет в котельную, запереть снаружи стальную дверь и вызвать по телеграфу подмогу. Все равно теперь придется искать новых слуг. Ах, Лунь, ах, Янашек. Непросто будет найти вам замену…

Вдруг Лабиринтос наполнился скрежетом и грохотом. Происходило что-то непонятное. Нежный слух Минотавра страдал от мерзкого, адского шума. Пришлось заткнуть уши.

Длилось это долго, с четверть часа. Потом наступила тишина, она была блаженством. Но где японец?

Ксилофон! Он около котельной!

Минотавр кинулся на цыпочках по коридору и с размаху налетел на шкаф, которому здесь находиться никак не полагалось. Больно ушибся. Повернул в Столовую – и прямо в дверном проходе споткнулся о лежащий стул, упал.

Так вот чем он гремел!

Тварь! Он сдвинул с места мебель! Вселенная утратила стройность!

Давно уже, очень давно Минотавр не ощущал себя таким беспомощным, потерявшимся.