Горькие ягодки

Как любит говорить Анжелка: «Даже ты, братик, не можешь нравиться всем. Вот если бы ты вдруг стал сотней евро… Тогда да. Ха-ха-ха!» Ну да, Анжелка язва ещё та, я говорил?

– Простите, где Вы купили программку? – мило справляется Анжелка у своей соседки, полненькой белёсой блондинки с огромными ресницами.

– Нам подарил один из участников, – гордо отвечает блонде. Я узнаю в ней Марианнину подружку, ту самую, которая подвалила к нам вчера, после кино. И которая подвела к нам Элеонору…

В первый момент я решил было, что это судьба так зло шутит со мной. Я даже услышал символический гонг, который как бы вещал мне, что вот, мол, Андрюха, ты много страдал, ты многое пережил, ты так долго хотел её. Так вот тебе заслуженная награда, братан. Бери и пользуйся, ёу. Не упусти птицу удачи хотя бы в этот раз... Не упусти, братан…

Так похожа оказалась эта девушка на ту, что когда-то… На ту, которую я, честно сказать, почти забыл. И незаметно для себя разлюбил. Почти. И вот. Ирония судьбы. Вот она, подаренная мне судьбой практически копия.

И в отличие от оригинала на всё согласная с первой же минуты знакомства. И совсем не глупа. Наоборот, блещет умом и эрудицией. Совсем как та, она. И даже зовут её так же. Это ли не знак судьбы? Хрупкая, стройная. Красивая несомненной красотой, а не той, которую нужно угадывать и разглядывать. Нежный спокойный голос, так похожий на голос той, другой…

И жаркий огонь в её глазах при взгляде на меня. В отличие от холодного безразличия в глазах той, которую я забыл и разлюбил. Почти.

Потом, когда она потащила меня танцевать и мягко прижалась всем телом… Ну, я же не монах, в конце концов…

Этот клуб, хоть и расположен в провинции, не так уж плох. В том смысле, что и здесь есть небольшие кабинеты, чтобы дамам было где поправить причёски или станцевать приват-танец, скажем так. Честно, так ярко у меня не было давно. Ярко, взрывно, безбашенно. Я брал её и не мог насытиться ею. Элеонорой. Моей Элечкой. Неужели я всё-таки нашёл тебя? Неужели…

Нет. Чудес не бывает ни на том свете, ни на этом. Когда наш сумасшедший марафон всё-таки закончился, наваждение спало, как не было. Это просто очередная хорошая давалка, ничего другого. Я искал и не находил в душе своей ни искры простого интереса, не то, что любви к этой миляге, так классно обслужившей меня.

Но зато бледная тень той, настоящей Элеоноры, наконец-то покинула меня. Я вдруг обрёл свободу от неё. И дикую радость, что наконец-то она полностью отпустила меня. Пусть будет счастлива с тем, другим. Или несчастлива. Мне абсолютно по фиг. Она ушла, окончательно, навсегда и бесповоротно, взметнув на прощание волну своих золотистых волос. Нет. Не золотистых. Обычных, светлых. Всё.

Аккуратно выдираю из цепких пальчиков Элеоноры щедро наполненный презерватив.