Ягодка опять (СИ)

В него я покрошила большую часть нарезанной вчера, но не съеденной колбасы и копченостей, зелень опять-таки со вчерашнего праздничного стола, помидоры, которые уже стали заветриваться, сыр. Вкуснота. И пахнет так, что вижу: Саша, который, вроде как, по утрам ничего не ест, начинает подозрительно активно принюхиваться.

— У тебя в тарелке только половинка. А кому вторая?

— А ты как думаешь?

Улыбается.

— Тогда можно?..

То-то. А то — не ем, не ем… Понятно, что рассказ свой продолжает только после того, как отправляет в рот последний кусочек.

— На актерство Любови Михайловны клюнули. На нее, я так понимаю, и внимание-то обратили тогда, с самого начала, именно потому, что она меня последними словами обкладывала. Мои враги строили свои планы, мы свои. Все сошлось в том доме на Домбае."

"— Ты знал, что они начнут действовать?

— Скажем так: я на это надеялся. Мизансцена уж очень красиво выстраивалась — никого вокруг, я — ничего не подозревающий, ты — с некоторых пор совершенно необходимая в их планах. Когда Любовь Михайловна об этом мне сообщила, знаешь как я перепугался? Хотел… Да ладно, какая уж теперь разница, чего я хотел? Договоренность у Малютина с майором Крыловой (ого! уже майор!) была простой. Как только я появляюсь рядом с тобой и происходит это в каком-нибудь тихом месте на отшибе, она звонит и сообщает об этом. В этот раз они и сами все поняли. Малютин знал, что ты на Домбае, я как раз поехал с инспекционной поездкой в те края… Причем, если сам Малютин находился при мне по долгу службы, то Наталья поехала со мной неожиданно. Догадываюсь, что по настойчивой просьбе Малютина. Дальше просто: как только стало ясно, что я сбежал, они с Натальей сели на машину и двинули к вашей вилле. Звонок Крыловой их застал уже в пути. Потому и прибыли они так быстро. Я-то думал, что у меня еще есть время…

— Потискать мою грудь?

Смеется.

— Нет. Это вышло случайно. Ничего не смог с собой поделать.

— Как всегда.

— Как всегда. Тебе это не нравится?

Краснею невольно и отворачиваюсь.

— Ты все-таки, Саша, дурак какой-то.

— Я не дурак. Я влюбленный болван.

— Так тебе и поверила.

— Придется. Потому что это правда, Надь.

Встает, поднимает на ноги и меня и принимается целовать. А шаловливые пальчики уже начинают продвижение за вырез моего свитерка… Пытаюсь отпихнуть его, но он настойчив.

— Погоди. Объясни мне…

— Да я, вроде, все…

— Нет, не все. Почему ты позволил Георгию убить твою жену? Почему так долго мучил неизвестностью меня? Зачем, если все уже стало ясно?

— Так было надо.

— Прекрати!

— Что прекратить?

— Болтать глупости.

— А-а-а… А то уж я подумал, что требуешь убрать мою руку из твоего лифчика.

— Саша!!!

— Ну ладно, ладно. Говорю же — все просто. Нам нужно было не просто взять исполнителей — Георгия и его людей.