Ядовитое жало

Пройдя метров десять, Заремба как бы невзначай оглянулся и увидел идущих позади двух полицаев. Лицо одного показалось ему знакомым. Он напряг память и вспомнил, что однажды хлестал кожаной перчаткой точно такую же физиономию. Да, это был тот полицай, у которого год назад в Ковеле он отобрал задержанного им партизана. Тогда Заремба был облачен в форму обер–лейтенанта… Значит, Пивовар тревожится неспроста. Очевидно, знакомый по Ковелю полицай давно уже следил за дверью корчмы, за которой скрылся бывший «обер–лейтенант», и успел пригласить себе на помощь товарища. Надо полагать, полицая не очень смутило то, что Заремба вышел из корчмы в сопровождении старшего писаря, он‑то знал, в каких разных обличьях мог предстать этот человек, и теперь пойдет на все, чтобы задержать «партизанского оборотня».

Осуществление хорошо продуманного плана срывалось, и при том почти в последний момент. Ведь Эрнст и Карл прохаживались где‑нибудь впереди и уже ждали момента.

когда им будет подан знак «арестовать» писаря и его подозрительного знакомого.

Очень не хотелось Зарембе возвращаться в отряд, не выполнив задания, однако он понимал, что без шума дело не обойдется и шансы на успех невелики. Все зависело от того, когда идущие позади полицаи решатся остановить их. Если это произойдет после того, как они отойдут на приличное расстояние от базарной площади, положение улучшится. Где‑нибудь на окраине городка нетрудно будет разделаться с этими двумя.

Уже пройдена почти вся базарная площадь, впереди узкая кривая улица. По улице идут два немецких солдата. Это Эрнст и Карл. Пан Стахурский поглядывает по сторонам, но, кажется, ничего не замечает. Конечно же, мысли его полностью заняты камушками. По булыжнику стучат колеса ― какая‑то подвода догоняет их.

— Руки вверх!!

Пан Стахурский вздрогнул как ужаленный, обернулся и, увидев своих полицаев, направивших карабины на его «компаньона», возмущенно заорал на них:

— Что вы делаете, остолопы? Побесились, с ума сошли?!

Заремба, успевший выхватить из‑за пояса пистолет, также повернулся к полицаям. Он увидел, что на догонявшей их подводе лошадьми правит Пивовар, и, мгновенно оценив ситуацию, выстрелил в знакомого полицая. Второй, бросив карабин, шмыгнул в подворотню. Заремба сгреб обеими руками опешившего Стахурского, бросил его на подоспевшую подводу и, подобрав оба карабина, вскочил на нее сам.

— Гони!!

Один из карабинов упал на землю, но Заремба заметил это лишь тогда, когда оружие оказалось в руках выбежавшего из подворотни полицая. Заремба начал стрелять по нему из пистолета, но тут случилось непредвиденное. Казалось бы, онемевший от страха и не подававший признаков жизни пан Стахурский вдруг рванулся и вывалился из подводы.