Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши

Змею уже разложили на широких листьях тут же растущего растения и облили водой, один из мужчин, маг воды. Интересно наблюдать, как вода сама каплями поднимается в воздухе и по воле мага обливает светящее тело змеи.

‒ Это огромная удача, что вы выжили, ‒ сказал один из воинов.

‒ Дар спас, ‒ не преминула я сообщить. Нужно вытребовать себе свою порцию мяса. У меня голодных ртов под сто штук, ‒ Так что добыча моя.

Остальные посмотрели на Волка, который уже облачился в рубаху, его сырые волосы крупными кольцами обрамляли смуглое лицо, с них капала вода. Одна бровь следопыта приподнялась, и он посмотрел на меня с сомнением."

"‒ Не верите, разрежьте, внутри все кости скелета в труху перетерты, это мой дар сделал.

‒ Я думал она только по ядам, ‒ шёпотом сказал один из воинов, но я услышала и повернулась к нему.

‒ Я познающая, ‒ твёрдо сказала я, ‒ мой дар не яды, мой дар ‒ познание, всех свойств сущего, и изменение этих свойств, если вам это чем-то говорит.

‒ Да я просто так сказал, ‒ воин сделал шаг назад, что меня удивило, но дар тут же сообщил, что он мои глаза сделала светящимися зеленым светом вот этот и испугался. Я чуть не застонала от его самоуправства, я тут нас обеляю как могу, а он все портит.

‒ Это не справедливо отдавать все мясо ей, ‒ вылезла вперед стряпуха.

‒ Карана, ‒ холодно посмотрел на девушку Волк, и она замолчала, обиженно пожав губы. ‒ Думаю Ядо… госпожа Анодея не будет против, если нам за разделку туши и снятия шкуры перейдет половина мяса, ‒ Волк внимательно посмотрел на меня словно чего-то ожидая.

‒ Конечно так и поделим, ‒ с облегчением тут же согласилась я. Я уже поняла, что разделать эту тушу мои старики и воины будут не в состоянии. Тем более, снимать шкуру нужно умеючи, а кто сделает это лучше охотников.

‒ Значит, договорились, ‒ Волк подал мне руку для скрепления сделки, которую я осторожно пожала, ‒ мы обрабатываем шкуру и даем вам половину, и половину мяса.

Я запоздала, поняла, что не знаю, как обрабатывать мясо змеи, вдруг там что-то нужно по-особенному делать, но кивнула. Все же из ста человек хоть кто-то это делать точно умеет.

Два воина остались сторожить мясо, а мы потопали назад в лагерь. На улице было уже темно и холодно, я поглубже зарылась в капюшон плаща. Хорошо догадалась обернуть сырые волосы в полотно. Пусть дар их немного подсушил, но все равно, можно простыть, и никакой дар не поможет.

В лагере меня тут же окружили женщины, провели в жарко натопленную кибитку, сушили мне волосы и удивлённо восклицали от моего рассказа. Было так хорошо, так приятно, что обо мне заботятся, за меня переживают.