Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши

Синеглазый мужчина сковородку не отпускал, даже когда я крикнула, что первая на нее глаз положила, у него просто дернулся нерв на лице сразу под глазом, потом сжались губы, и он с большей силой дернул сковороду, отчего я дернулась вместе с ней. Мы стояли возле прилавка с посудой, этот громила два метра ростом, и я высокая, но все равно ниже.

‒ Ну чего ты вылупился?! ‒ возмущалась я, ‒ Я ее первая увидела моя сковорода!

Я даже забыла, что в новом мире без году неделя и вообще, как бы ссыльная преступница с непонятным даром. У меня сковороду отнимали, нагло с терпеливым сопением и почему-то молчанием.

‒ Господа, ‒ заблеял продавец побледнев и покраснев одновременно, ‒ через несколько дней будет еще завоз артефактной посуды из самой столицы, думаю, вы найдете там все что угодно вашей душе.

‒ Моей душе угодно прямо сейчас эту сковородку, ‒ фыркнула я, не отцепляясь от ручки, хотя наглый мужик аккуратно палец за пальцем расслаблял мой захват.

‒ Зачем тебе сковорода? ‒ услышала я его голос, похожий на шипение.

‒ Ты ущербный? ‒ я пыхтела, но все равно цеплялась за свою прелесть, ‒ Зачем нужны еще сковородки? Еду сготовить!

‒ Самое большее, что ты можешь с ней сделать это сломать, ‒ мужик явно напрашивался. Я сузила глаза и не менее злобно прошипела:

‒ Тебе и не снилось, что я могу на ней приготовить мужлан, не стыдно с женщиной бороться за сковороду. Чего людей смешишь?

‒ Тыыы, ‒ этот здоровяк, видимо, не нашел, что еще мне сказать, ошарашенно оглянулся на собравшуюся хихикающую толпу. Отпустил наконец-то сковороду и с ругательством, а его бурчание, я думаю, именно ругательство, сделал шаг в сторону. Я прижала к груди отвоеванное сокровище и нервно хихикнула.

‒ Милый, ‒ в наш поединок вмешалось еще одно лицо, ‒ Ты купил все что хотел?

Потом повисшая на мужлане дева в таком же синем как рубаха платье увидела меня со сковородкой, ее тонкие, изящные брови поднялись, а рот приоткрылся.

‒ Ядовитая! ‒ воскликнула она и спряталась за своим мужчиной.

‒ Ядовитая! ‒ как эхом пробежалось по рядам и те, кто был впереди, и стали спешно поворачиваться и пытаться смыться, но те, кто был позади, напирали не понимая, что там творится, сгорая от любопытства. Но через еще буквально пару секунд по всей толпе зевак распространилось единственное слово, от которого все разбежались.

Я подивилась тому, что, оказывается, титул моей предшественнице давался не просто так. Потом осмотрела пантомиму двух голубков. Мужик… эх, красавчик все же, стоял напряжённый как струна и прожигал меня взглядом. На его руке висела девушка с большими глазами пытаясь прижаться к мужику еще крепче, хотя куда уже крепче, еще немного она просто на шею ему залезет.