Прекрасный яд

Парни смотрят друг на друга, но тот, что держит меня за бедро, полунаклонившись над кроватью, все еще не отпускает.

Я пытаюсь вырваться, но я слишком слаба. Сердце бьется так сильно, что я думаю, что у меня случится сердечный приступ.

Сквозь затуманенное зрение я вижу, как дверь с такой силой хлопает о стену, что удивляюсь, как она не слетает с петель.

Сначала я не могу сосредоточиться — зрение то фокусируется, то нет.

Но я знаю, что это он.

Меня охватывает чувство покоя, и сердце успокаивается.

Кейн.

Он здесь.

Тихий стук его шагов раздается в тумане, ровный и спокойный, но в нем чувствуется что-то опасное.

В воздухе происходит перемена, и комната сжимается вокруг него, подчиняясь его присутствию. Он не торопится, не кричит. Он слишком спокоен, слишком сдержан, как затишье перед бурей.

— Меньше минуты. Впечатляет, — голос Джуда раздается вокруг меня, но он далеко не в центре моего внимания.

Я моргаю, все еще пытаясь сосредоточиться, удержаться за этот якорь, но наркотик снова тянет меня на дно.

Мое тело борется со мной, мысли уплывают, как песок сквозь пальцы. Я едва замечаю холодный ледяной взгляд его глаз, устремленный на меня. В них нет тепла, нет мягкости.

Только смертельная острота, от которой по комнате пробегает дрожь.

Моя грудь поднимается, разум колеблется между потребностью сбежать и притяжением его присутствия. Его глаза скользят по мне, впитывая все — то, как я скована, мой стеклянный взгляд, который, наверное, отражается у меня в глазах, и мою беспомощность, просачивающуюся изо всех пор.

Он не показывает никаких эмоций, наклоняя голову и сосредоточиваясь на руках, сжимающих мои ноги.

Я открываю рот, пытаясь что-то сказать — может, его имя, — но ничего не выходит.

Мужчины замирают, несомненно чувствуя угрозу, которая кипит под спокойной внешностью Кейна. В воздухе раздается треск, когда Кейн слегка меняет позу и хватает одного из мужчин за запястье, а затем скручивает его.

Не кажется, что он применил много силы, но мужчина кричит.

Голос Кейна звучит глубоким, богатым тембром.

— Я же ясно сказал, разве нет? Какую часть фразы «никто не трогает то, что принадлежит мне» ты не понял?

— Мы не знали… Блять! — кричит тот, что ниже ростом, когда в воздухе раздается хруст.

Он сломал ему руку — или запястье. Крик парня отскакивает от стен и звенит в ушах.

Другой парень бросается к выходу, но Джуд с легкостью хватает его за ворот рубашки.

— Не так быстро."

"Тот, у которого сломано запястье, падает на пол, все еще крича, но Кейн стоит за ним, хватает его за левую руку и выкручивает ее.

Хруст.

Его крик раздается в воздухе, леденящий, как из фильма ужасов.

И он становится все сильнее, когда Кейн бьет его ногой по яйцам и раздавливает их ботинком.