Яд первой любви (СИ)

 — Вы совсем не умеете понимать с первого раза. Сначала меня, теперь вот девушку. Кажется, она сказала, что доберется сама.

Щербаков направляет гневный взгляд за мою спину, но руку не выпускает.

— Владислав Сергеевич, а вам не кажется, что это совсем не ваше дело. Вы влезаете в личный разговор.

— Я проходил мимо, и не услышать было невозможно.

Слегка отодвигаюсь, чтобы избавить себя, наконец, от тисков начальника и замечаю, как Влад сверлит взглядом мою руку.

— Переговоры окончены, а выход там! Не смею вас больше задерживать, господин Шаталов! — по-хозяйски указывает в сторону лифта Щербаков, недвусмысленно намекая, что конкуренту здесь не рады.

— Я сам решу, когда мне уходить, или вы настолько негостеприимны, Геннадий Викторович?

Чувствую, как вдоль позвоночника стекает капелька пота. Понимаю, что Влад меня защищает, тем самым накаляя еще больше отношения между ними, и чувствую себя среди двух огней.

Шаталов прищуривается, сжимая челюсть. В его взгляде неподдельная ненависть, и это пугает.

Напряжение между мужчинами становится таким густым и тяжелым, что даже проходящие мимо юристы не решаются банально попрощаться и быстро ретируются к лифту. Трусы, черт вас дери.

— Геннадий Викторович, — обращаю на себя внимание мягко, но уверенно, — я благодарна вам за предложение, но меня у входа ждет жених, поэтому и нет необходимости меня подвозить.

Две пары глаз тут же устремляются в мою сторону, и если Влад раскусывает ложь моментально, то Щербаков клюет.

— Ну что ж, если жених, то не смею больше задерживать.

Коротко кивает и, не удостоив прощанием Влада, разворачивается и уходит в свой кабинет. Только теперь я могу облегченно выдохнуть. Кажется, война миров миновала. Оказывается, я все это время стояла по стойке смирно, так, что даже ноги заболели от напряжения.

Поднимаю глаза на Влада и благодарно улыбаюсь.

— Спасибо.

Только он не может похвастаться таким же облегчением, как и я. Зеленые глаза изучают мое лицо со всей серьезностью.

— Лиль, он позволяет себе лишнее?

— Нет, — не знаю, почему на дне черных зрачков плещется гнев, ведь ничего страшного не произошло. Да, Щербаков неприятный и настойчивый, но вряд ли этот человек может переступить черту приличия. Доказательство тому то, что стоило сказать о женихе, как он тут же отступил. — С чего ты взял?

— Уверена?

— Ну, конечно. Я бы не стала подобного позволять.

Влад кивает, но так и остается серьезным.

— Ладно, давай подвезу тебя.

Еще чего не хватало. Вот с ним я точно один на один не останусь.

— Не надо, спасибо, я пройдусь.

— По темноте, Лиля? В своем уме? — правая бровь тянется вверх, пока Влад сбрасывает с плеч пиджак.

Так непривычно видеть его в строгом костюме. В деловом образе он слишком не похож на себя.