Девочка-яд

– Не будем показывать пальцем, кто тут на самом деле скверно воспитан, – перевела взгляд на отчима и спросила, – да, дядя Паша?"

"– Какого черта между вами происходит, Слава? Что за пируэты протеста с твоей стороны, а? Да, Ян не подарок, но он же извинился и пытается наладить хоть какое-то общение, а ты что? – грозно насупил брови отец Аверина.

– А я что? Ну вот что?

– Ты зачем так грубо с ним разговариваешь? – снова взяла слово мама, – Он тебе звонит, вежливо просит вернуться домой, а ты только огрызаться умеешь, да посылать парня, да? Но и этого тебе мало, ты его еще и в «черный список» добавила! Так? Это так, Ярослава?

Вздохнула и закатила глаза.

– А вам не кажется, уважаемые мама и дядя Паша, что вы не можете меня заставить уважать человека и общаться с ним, м-м? Я…

– Ты добавила брата в «черный список» или нет? – оборвала мою речь родительница.

– Да! Да, я добавила его в «черный список», потому что он пишет и говорит мне всякие гадости!

– Покажи, – требует дядя Паша и я тут же закрываю рот.

Почему? Ну дак, потому что в первой переписке с Авериным мы еще корчим из себя влюбленную пару, а потом именно я посылаю его в зад. От него самого нет ни единого дурного слова. Покажу и сама себе могилку выкопаю. А там недалеко и до всего того, что было, между нами. Ой-ё! Не дай Бог мама узнает подробности наших игр и мне точно крышка.

– Покажи, Слава, – повторяет дядя Паша.

– Нет, – качаю я головой.

– Тогда как я могу верить тебе на слово?

– Никак, – пожимаю я плечами и понимаю, что меня загнали в угол.

– Вот что, Славка. Я не буду разбираться во всем этом хаосе, но разводить холодную войну в своем доме не позволю. Из бана номер Яна удали. Это понятно?

Но я только упорно супила брови и молчала.

– Дальше поехали. Можешь носиться со своей обидой и гордостью сколько тебе угодно, но, чтобы при мне и матери вы оба вели себя сносно. Вам не по пять лет, чтобы мы ваши игрушки делили.

– Общежитие? – тут же смело выдала я вариант решения всех моих проблем.

– И да, вот про это тоже скажу, но в последний раз. Чтобы ты меня этим словом больше не обижала и не позорила. Понятно? Квартира тебе уже куплена, там и будешь жить, если захочешь, но только когда там закончится ремонт. Все. А теперь раздевайся и ужинать.

И дядя Паша в раздражении рассек воздух ребром ладони и ушел из коридора. Мать же стояла и с укором сверлила меня взглядом.

– Нажаловался он тебе что ли? – спросила я и скривилась в отвращении.

– Нет. Но я подслушала последние слова вашего разговора, – покачала озабоченно головой мама и тоже покинула прихожую.

Я стянула шапку с головы и подумала, что я вообще теперь ничего не понимаю. Как она там что подслушала, если мы спорили друг с другом как ненормальные? Наверное, отыграл на публику очередной спектакль, не иначе.