Я знаю твою тайну

Смотреть на расслабленную улыбку мужа было не то что неприятно — противно.

Как человек, которого я любила, мог быть таким подлым? Шептать нежные слова другой женщине, ласкать её, отдаваясь похоти, а потом возвращаться домой, чтобы вновь играть роль любящего мужа и заботливого отца.

Когда я думала об этом, в моей душе постепенно зарождалось презрение. Возможно, со временем оно могло унять невыносимую боль, переродившись в равнодушие? Я надеялась на это.

— Новое платье? — подойдя ко мне, муж легко прикоснулся губами к щеке.

— Нет, — через силу улыбнулась. — Я купила его несколько лет назад… Просто не было повода надеть.

— Приятно, что ты готовилась к моему приезду. — Он убрал мне за ухо выбившуюся прядь волос. — Может, ещё что-то вкусное приготовила? Если честно, я очень проголодался.

— Конечно. — Я сделала шаг назад, до боли сжав за спиной пальцы. — Мясо по-французски и овощной салат. Хотела запечь твою любимую рыбу, но Ника запротестовала. Помнишь же, что она не переносит форель?

— Правда? — удивился Эд, поджав губы. — Не помню.

Конечно же, спросила я это не просто так. Мне было интересно, насколько муж знает нашу дочь… Если мой план провалится, Ника останется с отцом. Но сможет ли он заботиться о ней без меня? Я до сих пор не знала ответа на этот вопрос.

— Ничего страшного, — добавил Эд, направившись в ванную. — Я люблю мясо.

Ужин проходил спокойно. Муж рассказывал про командировку, гордился, что ему удалось выбить большую скидку на здание, в котором будет располагаться новый магазин мебели. Он не понимал и не принимал аренду, поэтому всегда оформлять всё в собственность.

Слушая его, я нехотя копалась в тарелке и пыталась осилить хотя бы овощной салат. Ника же, быстро поев, сбежала в детскую — ей не терпелось поскорее открыть подарки, которые папа привёз из поездки.

— Что-то случилось? — спросил муж, когда мы остались вдвоём. — Ты сегодня странная… Слишком бледная.

— Нет, — подняв взгляд, я попыталась скрыть отчуждённость. — Просто задумалась…

— О чём? — Он наложил себе ещё мяса.

— Мы можем возобновить процесс удочерения? — Боясь ответа, я сжала вилку. — Сейчас же всё хорошо, и Ника официально может стать моей дочерью.

Эд изменился в лице. Его губы вытянулись в тонкую линию, а густые брови сошлись на переносице. Мне даже показалось, что он недоволен моим вопросом, — настолько суровым был его вид.

— Давай попробуем, — прожевав, сухо ответил муж. — Только, будь добра, сама собери документы — мне сейчас некогда этим заниматься.

— Конечно, — облегчённо выдохнув, коротко кивнула. — Завтра же начну.

Два года назад я уже пыталась удочерить Нику. Но тогда мне не дала разрешение медицинская комиссия.

Дело в том, что за месяц до этого на приёме дерматолога у меня была найдена странная родинка на спине.