Я знаю, на что ты смотришь

Че-е-е? Клим, блять! Что ты сделал с миленькой Аней Никитиной?

— Малявка, ты перегрелась что ли? — усмехается Ник.

— Если бы между нами что-то и было, то я бы его трахала, а не он меня, — спокойно отвечает Ева. — Я в свою очередь надеюсь, что ты не пробовала леденец моего сладкого бармена.

Я вообще не въезжаю в разговор. Это нормально, что две незнакомые девушки обсуждают такое в первую минуту знакомства? Еще и при нас?! Смотрим с Климом друг на друга. Читаю в его глазах свои мысли.

Нужно выпить.

— Нет, — говорит Аня, прижимаясь теснее к своему любимому. — Думаю, мы подружимся.

— Определенно.

— Может, вы обсудите, кто, как и насколько хорошо трахается за завтраком? — произносит Клим на полном серьезе.

— Мы найдем темы поинтересней, — Аня поднимает голову, чтобы посмотреть Никите в глаза.

Хлоп! Они закрываются в собственном мирке, где хреначат молнии и льет дождь, забывая обо всех вокруг.

— И что же для тебя интересней, чем я, малышка?

Аня растягивает губы в улыбке, не произнося ни слова. И так уже понятно. Он для нее все. Целая вселенная. Вот, как выглядит любовь. Ее не то чтобы можно увидеть, но она ощущается легкими вибрациями в воздухе даже теми, кто не имеет к их чувствам никакого отношения.

— Встретимся в ресторане через час, — Никита бросает приказ своим привычным тоном, не терпящим возражений.

Я уже даже не его подчиненный, а все равно ощущаю силу его слов и тут же киваю, хотя он на меня даже не смотрит.

— Ты не говорил, что должны приехать твои друзья, — говорит Ева, глядя ребятам вслед.

Ее голос развеивает мое оцепенение, и я слышу в нем недовольные нотки.

— Я и не знал.

— М-м-м… — тянет она, отворачиваясь в другую сторону. — Я вернусь на пляж. Наберешь, как будешь свободен.

Хватаю ее за руку, не давая уйти. Че за приколы с утра пораньше?

— В чем дело? — спрашиваю в лоб.

— Ни в чем. Просто не хочу мешать тебе веселиться.

Да что с ней? Когда ее вообще волновало подобное? И что значит «веселиться»?

— Ева… — устало вздыхаю, понимая, куда она клонит.

— Что Ева? Ну что?! — заводится она, больше не в силах сдерживать обиду.

Девочки такие… охуелочки… Мне не нужно читать ее мысли, чтобы узнать, о чем она думает. Я должен был официально представить ее, как свою девушку. И я так бы и поступил, если бы они с Никитиной не начали обсуждать, кто и кого трахает.

— Сейчас мы идем в душ. Я кормлю тебя леденцом, а потом отправимся в ресторан к ребятам, чтобы нормально поесть.

— Можешь засунуть свою конфету Гоше в жопу. Он тебе выходной даст!

Стерва проснулась.

Впечатываю Еву в себя, обхватывая за шею. Смотрю ей в глаза, там ураган эмоций, от обиды до злости и растерянности. Она не может определиться, что волнует ее больше.

— Ты оставил меня одну в этом сраном номере, — тихо произносит Ева.

Так вот в чем главная причина.